Надежду убивают первой

«А выглядит она просто супер, явно на свой возраст не тянет! Похоже, косметические салоны после посещения такой клиентки в один прием перевыполняют свой месячный план!» – мысленно сыронизировала я.

В платежеспособности заказчицы я уже не сомневалась. Александра еще во время беседы по телефону сообщила, что знает мой тариф за день расследования и готова сегодня же внести аванс.

Женщина подошла ко мне, и мы еще раз любезно представились друг другу.

Присев рядом со мной на скамейку, Александра какое-то время молчала.

– Я вас очень внимательно слушаю. Случилось что-то серьезное? – попыталась я помочь Александре, устыдившись собственных мыслей о косметических салонах, посещаемых ею.

Она тяжко вздохнула, достала из сумочки сигареты. Убедившись, что я не прочь подышать с ней за компанию табачным дымом, и немного успокоившись, клиентка наконец приступила к изложению волнующей ее проблемы.

Оказалось, что вчера, в субботу, трагически погиб любимый мужчина Александры Вениамин Брянский. Случилось это за Волгой, в Покровске, где Вениамин работал инструктором по прыжкам с парашютом в коммерческом клубе «Голубые дали». Он же являлся и одним из акционеров клуба. Как обычно, Вениамин вместе с группой спортсменов, тренирующихся у него, выполнял прыжки. Все приземлились благополучно, а у Вениамина не раскрылся парашют.

Александра замолчала, губы у нее задрожали. От показной прежней самоуверенности не осталось и следа.

Ну вот, начинается! Сейчас последуют слезы и рыдания, а утешать нервных дамочек не мое ремесло, успокаивать я никогда не умела. С мужчинами в этом плане работать намного легче, они хотя бы держат себя в руках.

– Какой же помощи вы ждете от меня? – как можно мягче спросила я.

– Понимаете, Татьяна, Вениамин очень опытный парашютист, вернее, был им. Он выполнял прыжки ежедневно, поэтому несчастного случая быть не могло.

– А что говорит милиция? – прервала я Александру.

– Милиция? Они считают, что Вениамин покончил с собой! Вчера в обед мне позвонил Костин, компаньон Вениамина по клубу, и сообщил о его смерти. Когда я приехала в «Голубые дали», милиция уже завершила работу. Мне сказали, что это самоубийство, расследования не будет.