Мужчина не по карману

– Дальше рассказывай: когда пришел, что делал, отлучался ли куда?

– Аркашка пришел часов в девять, мы сидели за столом и его не ждали. Он уже был веселый, наклюкался где-то заранее. Для храбрости, наверное. Вообще его никто не приглашал, но то, что он что-нибудь подобное выкинет, я подозревал.

– Почему? – спросила я так, словно знала, какую штуку выкинул Датский на дне рождения. Нужно было делать вид, будто я знакома с материалами дела и «бумажки подписанные» читала, иначе Хрусталев мог догадаться, что я к милиции никакого отношения не имею.

– Так его девчонка ко мне ушла, Аркашка и обиделся. Мы с ним раньше дружили. Ну, как дружили… тусовались вместе. Учимся в одном техникуме, удобно очень. Потом он познакомился с Вероникой. А я что, виноват, если она мне тоже понравилась? Не виноват. Но он, дурак, надулся, словно она у него первая. Вот мы и поссорились. Я Аркашку и не пригласил на день рождения, потому как знал, что нелегко ему будет на нас с Вероникой смотреть.

– Один?

– Ну, я-то за ним точно не побежал. Да и остальные гости не сильно растрогались, на месте остались.

Во время всего рассказа Хрусталев то на меня посматривал, то на графин. Наконец его душа не выдержала, и он вышел из комнаты, не сказав мне ни слова. Я услышала, как журчит вода на кухне.

Этого-то мне и надо было. Судя по всему, в квартире не убирались с того памятного дня похождения, а значит, неплохо бы хорошенько здесь все рассмотреть. Стакан граненый на столе – это, видимо, тот, из которого Датский пил. Тут же три рюмки, на подоконнике еще две, фужеры – из них, по всей видимости, девчонки пили. А вот и что-то интересное… Рядом со столом, на одной из полок стенки, стояли явно еще для кого-то приготовленные две рюмки. Но они были чистыми.

– А все ли приглашенные пришли на праздник? – спросила я погромче, чтобы меня слышно было и на кухне.

– Нет, двое не пришли! – крикнул Хрусталев оттуда, закрыл кран, и я услышала приближающиеся шаги.

– Почему?

– А я откуда знаю, – появившись в дверном проеме, ответил Родион, – я их после этого не видел.

– А к Датскому они как относились?

– Тепло.