Моя любимая девочка

К нему тут же подошла Маргарита, которая в этот вечер выполняла функции и дворецкого, и секретаря.

– Алло! – сказала она в трубку. – Наташа?.. Ой, а Наташи нет… Ее убили. Сегодня утром… А кто ее спрашивает? – как бы опомнившись, быстро спросила она.

После нескольких секунд молчания Маргарита Михайловна отодвинула трубку от уха и обвела всех недоуменным взглядом.

– Трубку бросили, – объяснила она.

– А кто звонил-то? – поинтересовался Аркадий.

– Мужчина какой-то.

– Мужчина? – переспросил Аркадий и нахмурился.

Я, почувствовав хоть какую-то зацепку, спросила у него:

– Вы что-то вспомнили?

Аркадий немного помялся, пожал плечами и проговорил:

– Вы знаете, я вспомнил, что… Были какие-то звонки в последнее время, когда Наташа… Ну, в общем, она старалась уходить в другую комнату – у нас радиотелефон, так что это вполне реально. Чтобы, значит, не мешать мне, – пояснил он. – Но…

– Что «но»? – нетерпеливо спросила я.

– Она после этих разговоров выглядела какой-то как бы не в своей тарелке.

Я спрашивал, кто звонил, она говорила, что с работы и вроде бы там какие-то неприятности. А какие неприятности – не говорила. Да и мне особо…

Аркадий остановился на полуслове, и я поняла, что он хотел сказать: «Да мне и не особо интересно было», но, видимо устыдившись сейчас такой своей позиции, не стал продолжать.

– Я так понимаю, у вас с женой были не слишком хорошие отношения, – сказала я, стараясь говорить не очень жестко.

– Да, – ответил Аркадий и с неким вызовом посмотрел мне в глаза.

 – И, кстати, никакого секрета мы из этого не делали.

– Да какое это имеет сейчас значение! – всплеснула руками Маргарита Михайловна. – Молчи уж! А то и тебя заметут еще!

– Меня-то за что? – удивился Аркадий.

– А за то! Думаешь, они разбираться, что ли, будут! – продолжала неистовствовать Маргарита Михайловна. – Узнают, что вы как кошка с собакой жили, да и обрадуются.

– Ну, знаете ли, я не собираюсь тут все это слушать. – Аркадий вскочил с места и направился в прихожую.

 – Пойду покурю лучше на лестницу. А насчет Наташи могу сказать, что хоть мы и терпеть друг друга не могли, но убивать ее мне никакого резона не было. Проще было бы развестись.

Сказав все это, Аркадий обулся и вышел за дверь. Немного погодя Настя встала со своего места и, посмотрев на тетю Риту с неким укором, пошла вслед за Аркадием. В комнате остались две сестры и я.

– А вы сами как думаете, кто мог желать зла вашей дочери? – обратилась я к Алевтине Михайловне.