Месть под парусами

Пока полицейские добирались до места, Анатолий Борисович приблизился к Белых.

– Что же все-таки случилось, Вадим Романович? – стараясь не привлекать внимание шокированных новостями сотрудников, тихо спросил он.

– Я нашел Комарова в лесочке, лежащим возле дерева. Сначала решил, что тот просто дозу спиртного не рассчитал, вот и прилег отдохнуть, однако я ошибался. Сергей был задушен. Скорее всего – собственным галстуком. Именно он был обернут вокруг его шеи.

– А может, – Гарин ухватился за пришедшую в голову мысль, – Сергей сам… того…

– Не думаю.

– Может, отравился? – зачем-то продолжал предлагать версии Гарин, как будто тем самым мог изменить случившееся.

– Исключено. Расширенные зрачки и белки глаз, налитые кровью, я бы мог еще списать на что-то еще, да и синюшность тоже, однако странгуляционная борозда на шее не оставила простора для фантазии.

– Что? – переспросил Анатолий Борисович, не уверенный, что правильно расслышал.

– След от удавки, – пояснил Белых, проведя по своей шее ребром ладони, – в нашем случае – галстука.

– Вы очень подкованы в данном вопросе, Вадим Романович, – серьезно взглянул на него Гарин.

Мужчина собирался что-то ответить, как до ушей донесся звук полицейской сирены, и Белых, пробормотав напоследок что-то вроде «Позже поговорим», отправился встретить полицейских.

Анатолий Борисович словно в каком-то жутком полусне наблюдал за тем, как пристань наводнилась машинами с мигающими проблесковыми маячками, как забегали туда-обратно люди, в форме и в штатском, как невысокий, плотно сбитый человек подошел к Вадиму Романовичу.

Гарин пытался понять, с кем сейчас разговаривает его начальник службы безопасности, однако вот так, на расстоянии, сделать это было проблематично. Именно поэтому мужчина вынужденно приблизился, чем и спровоцировал интерес к собственной персоне.

Человек, что до этого выслушивал рассказ Вадима Романовича, обернулся к Гарину и представился следователем Кругловым.

Анатолий Борисович предсказуемо растерялся и вряд ли смог бы хоть сколько-нибудь внятно ответить на поставленные вопросы, если бы не Белых, надежно вставший плечом к плечу.

Гариным овладела даже некая досада: взрослый, состоявшийся мужчина, директор, а не обычный клерк, а робеет при виде красной корочки.