Месть ей к лицу

У меня были еще цветные линзы – к их помощи я тоже неоднократно прибегала, изменяя цвет своих глаз. От природы у меня глаза зеленые, а теперь я их превратила в карие. Правда, я порядком намучилась, пока надевала эти чертовы линзы. Одна из них никак не хотела занимать отведенное ей место, и на ее покорение у меня ушло, наверное, минут пятнадцать.

С помощью простейших средств декоративной косметики мне удалось зрительно немного вытянуть лицо, а глаза, наоборот, округлить. Брови пришлось удлинить и сделать более густыми и черными при помощи специальной туши для ресниц.

При этом я старалась, чтобы мой макияж был не сильно заметным, и выдержала его в естественных тонах. Губы тоже пришлось моделировать, зрительно увеличив при помощи карандаша и помады.

Оставалась фигура, и тут пришлось повозиться. Мне было ее очень жаль. Прощайте, тонкая талия и упругие ягодицы. В последний раз оглядев свои стройные формы в зеркале, я глубоко вздохнула и принялась превращать себя в бесформенную бабу. А если точнее, то в вилок капусты.

Да уж, дамочка получилась далеко не изящная, но в принципе я этого и добивалась. Правда, вначале я засомневалась: может быть, снять один толстый джемпер? Хотя, честно говоря, я была пристрастна: по сравнению с общей массой женских фигур мои новые параметры оказались средними. Я выглядела полной, но не до безобразия, и ничего неестественного в моей полноте не было.

В этот момент кто-то позвонил в дверь. Кого это еще нелегкая несет, да еще в такой неподходящий момент? Хотя…

Я открыла дверь.

На пороге стояла соседка – наверно, ей в очередной раз что-нибудь понадобилось: соль, спички, луковица… Она посмотрела на меня вопросительно:

– Здравствуйте, а Татьяна дома?

Еле сдержав смех, я отрицательно покачала головой, не став выдавать себя голосом. Хотя при желании я и его могу изменить. Но в данный момент решила не напрягаться.

– А вы мне спички не дадите? – робко попросила соседка.

Я снова молча кивнула, удалилась на кухню, вернулась со спичками и все так же молча вручила их слегка озадаченной женщине.

– Спасибо.

Ответа от меня она ждать не стала – видно, решила, что эта непонятно откуда взявшаяся особа глухонемая, раз не произнесла ни одного слова. Хотя про спички ведь услышала. Ну да бог с ней.

Закрыв за ней дверь, я наконец улыбнулась. Улыбка получилась ликующей – кажется, я и в самом деле сильно изменилась, раз уж меня не сумел узнать такой знакомый и, можно сказать, родной человек, как соседка.