Медовый месяц под прицелом

Точный аперкот, удар ногой в челюсть, и он тоже повержен. Водитель «девятки» решил, что не стоит со мной связываться, поэтому отъехал на безопасное расстояние. Но я успела заметить его восхищенный взгляд, который был, несомненно, адресован мне.

Через несколько минут все было спокойно. Горе-налетчики, похитители беззащитных детишек, собрали свои кости и поковыляли к машине, беспрестанно ругаясь и кляня меня на чем свет стоит. Но мне до них не было никакого дела. Я подбежала к перепуганному Егору, жавшемуся к незнакомой тете.

– Я так за тебя испугался, – прошептал малыш, прижавшись ко мне.

– Ничего страшного пока не случилось, – сказала я, вытирая слезы малыша. – Было бы хуже, если бы они смогли осуществить задуманное.

– Я больше никогда не буду от тебя убегать, – прошептал мальчик, прижимаясь ко мне все сильнее.

– А я больше никуда тебя не отпущу. – Я обняла мальчика и почувствовала, как сотрясаются от плача его хрупкие плечики.

Егорка всхлипывал и говорил, что теперь он будет вести себя хорошо.

– Давай не будем говорить об этом папе, – попросил меня малыш. – Он будет сильно ругаться и очень расстроится. Я буду хорошо себя вести, честное слово. Тетя Женя, пожалуйста!

– Хорошо, – согласилась я, решив, что здесь можно ему уступить, – это будет нашей маленькой тайной.

– Точно, – улыбнулся малыш.

Я ощутила, как по телу разливается тепло вперемешку с чувством облегчения и непонятной радости.

– Пойдем домой, – предложила я Егорке.

– Да. – Малыш взял меня за руку и с силой сжал ее. – Знаешь, я правда так испугался…

– Я думаю, что мы это переживем. Верно?

– Обязательно, – согласился Панкратов-младший. – Я же все-таки мужчина, а не девчонка.

– Это точно.

Мы молча шли по изнывающему от жары Тарасову. Я держала маленькую ладошку мальчика и чувствовала, как он дрожит. Мне захотелось взять его на руки и прижать к себе, чтобы он немного успокоился, но я побоялась, что он воспримет это как оскорбление, поэтому приходилось удерживать себя от этого неведомого мне доселе желания.

– Ты научишь меня так же драться? – вдруг спросил Егор.

– Обязательно, – пообещала ему я.