Любовь кончается в полночь

Так, Зоенька, – доктор повернулся к медсестре, – можешь быть свободна. Эти направления отдай на подпись главврачу, а карточки сдай в регистратуру.

– Хорошо, Роман Олегович. До завтра. – Девушка подхватила карточки и выпорхнула в коридор.

– Слушаю вас, – доктор повернулся наконец ко мне.

– Роман Олегович, я хотела поговорить о покойном Викторе Чайникове. Что он был за человек, какой врач? Вы ведь его хорошо знали.

– Как и все, – Роман Олегович встал, снял халат, повесил его на крючок. Это был высокий худощавый мужчина в очках, с гладко зачесанными назад светлыми волосами.

Тонкий острый нос, прямые брови, голубые глаза, загорелое вытянутое лицо. Он был одет в джинсы и рубашку с коротким рукавом.

– Мы учились вместе в институте, жили в одной комнате в общаге, да и после института дружили… Только я не знаю, что рассказывать! Человек Виктор был хороший, во всяком случае, к нам, своим друзьям, он относился порядочно и честно. Веселый был, гостеприимный, на дачу к себе приглашал.

В долг давал… Что еще?

– Роман Олегович, в тот день, второго августа, вы ничего подозрительного или необычного не заметили?

– А что подозрительного я мог заметить? Нет, все было, как обычно. Все напились, как только Ирина уехала, дурачились… Да вам, наверное, Шеля… то есть Родион Максимович рассказывал?

– Он рассказывал, мы и на даче с ним были, но я хотела услышать от вас.

– Все было, как всегда. Чайник… Виктор опять грибы свои дурацкие приготовил… Я ему говорил: ну кто будет есть твои грибы, когда шашлык на подходе? А он: давайте, вкусно, мол, с лучком, с морковкой…

– То есть вы грибы не ели?

– Нет.

Я люблю только соленые, исключительно с картошкой и под сто грамм. Ирина нам такую здоровую бадейку салата настругала! Я вообще считаю, что мясо лучше есть с овощами, а грибы… сомнительная это пища, доложу я вам. Каждый год столько людей травится… Да, вот и Чайник… До сих пор не могу поверить…

Доктор задумчиво смотрел в одну точку, постукивая пальцами по полированной крышке стола.

– А каким доктором Виктор был?

– Доктором? Да кто знает… Он никогда не говорил о своей работе. Были, наверное, конфликты, как у всех нас. Вы вот видели – от меня сейчас женщина вышла. Второй раз приходит. Я ей говорю: вам надо лечь в больницу, у вас положение серьезное, а она мне: назначьте лечение, я буду дома таблетки пить. И ведь не ляжет – голову даю на отсечение! Через пару дней в третий раз явится.