Рокот полуяви: Великое делание

Зачем же нужно звезде камнем да в жернова? Только лишь из гордыни, из стремления к чистому подвигу – в этом-то и подвох, в придании сему предприятию некоего ореола святости, которая, впрочем, при детальном исследовании превращается в мираж, в пшик, в порочную лживость. Экую одурь пользует морок! А для чего? Затем, чтобы Прах, миры мёртвой материи, завладели бы звёздным светом и сутью. Эта вредоносность вылезает наружу оттого, что в Глебе много тьмы, оттого, что Игнат присутствовал рядом значительный отрезок времени. А тут, в высших сферах, много не нужно – никакой защищённости, всё мягко и податливо, слов нет, общение и действие происходит посредством эмоций.

– На пятом небе обитают могущественные создания, – промолвила Веденея. – Зачастую встречаются боги, причём совершенно разных сословий.

– Боги? – со взрывным восторгом переспросил он, не решив ещё, каким образом реагировать на полученные сведения.

– Многие имена их вы у себя позабыли, позабыли о них самих. А между тем, независимо от того, насколько коротка память людская, богами сиими держится мироздание и вся жизнь ваша, и не только ваша.

Глеб насупился:

– Упрёк принят.

– Не к тому веду! – отмахнулась Веденея. – Здесь, помимо душ, помимо богов, нередко находят себе приют Потомки. Вот у них-то ты можешь просить помощи, чтобы подняться на шестое небо, в мой мир.

– А ты… уже поняла, что я хочу пойти дальше? – несколько сконфузился Глеб, словно чадо, уличённое в шалости.

– Трудно не заметить, – хмыкнула звезда. – У тебя же на лбу всё написано.

– Почему просто нельзя мне подняться следом за тобой, по лучу, как раньше?

– Свет пятого неба едва не погубил тебя, дурья голова, а на шестом небе живут звёзды, которые беспрестанно сражаются с тьмой. Ты либо сгоришь, либо утонешь во мгле.

– Почему же?

– Потому что ты человек! – Веденея повысила голос.

Глеб зажмурился, медленно разжал веки и неожиданно заметил, что цвет её волос переменился.

– Ты порусела?

– Всегда такою была.

– Но я видел тебя рыжею!

– Это из-за проживания в сумеречной яви.

– Главного глазами не увидишь, зорко одно лишь сердце, – усмехнулся он.

– Верно! – Веденея посмотрела на него с воодушевлением, как учитель, поверивший в способности ученика. Однако Глеб решил не обнадёживать спутницу и сразу же признался:

– Это цитата.