Лакомый кусочек

И, не дожидаясь моего ответа, пошел к лифту.

Естественно, я была вынуждена пойти за ним.

Все мои попытки спросить его о чем-либо разбивались о мощную спину. Он вежливо улыбался и молчал. Было даже не по себе – а вдруг сей молчаливый юноша везет меня на заклание?

Лифт остановился. Я вышла вслед за своим провожатым. Он прошел к двери в люксовый номер, открыл ее, коротко кивнул кому-то и жестом пригласил меня войти.

* * *

– Спасибо, Леша, – услышала я мягкий голос и, подняв глаза, увидела перед собой Викторию.

В жизни она была даже красивее, чем на экране. Тонкие черты лица, огромные, выразительные глаза изумрудного цвета и черные как смоль волосы. Кожа была ровного, матового оттенка, а ноги отличались исключительной правильностью формы.

– Здравствуйте, Таня, – молвила сия красавица и поднялась из кресла с изяществом королевы, протянув руку. – Я Виктория.

Я кивнула и улыбнулась, отдавая себе отчет, что, хоть я тоже обладаю замечательной улыбкой, моя все-таки померкла рядом с ее. Виктория вообще относилась к тому типу женщин, рядом с которыми не рекомендуется находиться простым смертным.

Оставалось только гадать, как такой красавице жилось рядом с двумя этакими чудовищами.

– Папа сказал мне, что вы будете как бы моим секретарем, но я понимаю, что вы здесь не за этим, не так ли?

– Да, – согласилась я, – честно говоря, я слабо представляю, что должен делать пресс-секретарь.

Она тихо рассмеялась:

– Хотите немного «Кампари», Танюша? – и, протянув мне бокал с жидкостью красного цвета, довольно приятно пахнущей, продолжала:

– Пресс-секретарь обычно отвечает на вопросы, на которые у меня нет желания отвечать.

Признаться, такое случается со мной постоянно.

Она глотнула из своего бокала, и меня поразило, что Виктория пьет слишком привычно. Значит, жизнь красавицы с чудовищами была не самой сладкой.

Словно в подтверждение моей догадки, она сказала:

– Вообще, Таня, мы ведь с вами ровесницы… Считайте, что папа нанял вас как подругу своей дочери, у которой, к слову сказать, последняя подруга была лет десять назад… Я даже не знаю, о чем говорят с подругами и… Надеюсь, впрочем, что это не тот треп, который я слышу от папиных и Витькиных коллег…

Она прервалась и посмотрела мне в глаза.

– Впрочем, вы ведь здесь не для того, чтобы слушать мои причитания… И я пока не могу быть вашей подругой – ведь я тоже подозреваемая… Так что спрашивайте – я постараюсь вам отвечать объективно…

– Хорошо, – кивнула я. Она мне нравилась.