Ласточка смерти

Муж – это опора, человек, который всегда поможет, поймет и простит. А любовник нужен женщине – нет, не для секса. Для разнообразия! Он приносит в серую супружескую жизнь шарм и привкус вседозволенности. С ним можно гулять по Тарасову и слушать, как он рассказывает о чем-то интересном. С ним можно прокатиться на яхте или съездить в Турцию на отдых. С ним можно…

Ну, хватит об этом! Догадки догадками, а одно только вечернее отсутствие Виолы еще не подтверждает существование любовника. Я уже подъезжала к коттеджу, а мысли перебегали с одного предмета на другой.

Я вышла из машины, почти бегом бросилась по ведущей к коттеджу дорожке и позвонила в дверь. Она тотчас открылась. На пороге стояла та самая девушка, которой Виола утром велела избавиться от кошки.

– Здравствуйте, Женя! – взволнованно сказала она. – Я вас уже заждалась. Гарик куда-то пропал, а Виола скоро вернется. Я не знаю, что делать! – Девушка была в таком состоянии, что никак не могла сообразить, что держит меня на пороге.

– Давай не будем паниковать, – спокойным тоном сказала я, – и для начала впусти меня в дом.

Вера ахнула и освободила дверной проем, отступив в глубь прихожей.

Я вошла в коттедж и осмотрелась. Кресла в холле были сдвинуты с мест, журнальный столик валялся вверх ногами, а с кожаного дивана сдернули чехол. Скорее всего, этот беспорядок устроила сама Вера, когда искала Гарика.

– Когда он пропал?

Вера приложила руку ко лбу.

– Так. Виола уехала в пять, и я зашла в детскую. Гарик играл на полу с заводным котенком. Все было спокойно, и я спустилась в кухню печь пирог. Виола заказала на завтра.

– Ты долго была на кухне?

– Как обычно, – она явно была уверена, что я в курсе всех кулинарных премудростей, – сначала я поставила тесто, а пока оно подходило, я приготовила начинку и поставила ее остывать.

На этом месте я прервала Веру, подумав, что иначе она начнет мне рассказывать, как именно она пекла пирог. В другой раз я бы ее с удовольствием послушала, но сейчас нужно было искать Гарика.

– Давай начнем с другого: когда ты обнаружила, что Гарика нет в комнате?

– Ну, начинка уже почти остыла…

– Я не спрашиваю тебя, что было с начинкой. Я хочу знать, в котором часу ребенок исчез из комнаты. – Меня уже начинала раздражать ее несобранность.