Комната страха

Чудно, ей-богу! Мой, хорошо, что не состоявшийся, полет с балкона в конечном итоге привел к тому, что нажралась я на ночь глядя, как дурак на поминках. Вот и докатилась до черного юмора.

Это очень неплохо – юмор. Это значит, что я в норме, окончательно и, надеюсь, бесповоротно.

Встает вопрос, что делать дальше. Спать? Уснуть мне едва ли удастся. Для этого уж совсем деревянной надо быть. И про опасность подумать неплохо бы. Не плевать, а помнить о ней. Есть у меня в городе вторая квартира, нелегальная, записанная на чужое имя.

Я дотянулась до сумки, с которой была нынче на презентации, достала из нее визитку Крапова, сняла трубку и набрала номер, на ней обозначенный.

Ответила мне Лариса. Извинившись за беспокойство в позднее время, я спросила имя ее ворожеи, той, которая не дождалась от нее затребованных пяти тысяч.

– Илона, – ответила она удивленно и поинтересовалась, для чего та мне понадобилась.

– Хочу будущее узнать, – соврала я не мудрствуя. – Так что и адрес ее мне, пожалуйста, и телефончик. И как туда добраться – тоже.

Записав все затребованное, я спросила:

– Как зовут вашу ясновидящую по-настоящему?

– Илона, – ответила Лариса равнодушно, – просто Илона.

Оказалось, живет эта просто Илона неблизко и с клиентурой работает там же.

– Приезжайте ко мне, – еще раз попросила Лариса перед тем как проститься.

– Непременно, – пообещала я, и на этот раз вполне правдиво. – Может быть, даже завтра.

Так что же мне делать, если в собственном доме заснуть опасно, а бежать из него – унизительно?

Я выглянула на балкон, и стало холодно спине. В свете, падающем из окна, провал в ограждении был виден в подробностях. Хорошо сработано. Это не пошлый наезд на переходящего улицу и не примитивная стрельба вплотную или на расстоянии.

Мастер слесарных дел, который так хорошо все здесь подготовил, работал не сам по себе. Как и фотограф.

Я взяла его паспорт, взглянула на молодое, приветливое лицо.

Да, если верить господину Самопрядову Виктору Дмитриевичу, проживающему… так, неблизко он живет, но добраться можно. Холостяк.