Комната страха

Через короткое время водитель покинул облезлый экипаж и, оставив фотографа в одиночестве, направился к перекрестку, ко входу в здание почты.

«Звонить пошел, – так я определила для себя его цель, – отчитаться перед работодателями о результатах?»

Времени до его возвращения не могло быть много, и следовало воспользоваться им с наибольшей эффективностью.

Без резких, привлекающих внимание движений, лениво даже, я выбралась наружу, заперла машину и, укладывая ключи в сумку на поясе, неторопливо двинулась к «Жигулям».

Но все эти уловки оказались тщетными, потому что фотограф смотрел на меня, не отрываясь, с того момента, как остался в одиночестве. Узнал, наверное, свою фотомодель. Поэтому подошла я к их машине с его стороны.

Приоткрыв рот, он смотрел на меня широко распахнутыми от удивления глазами. Обычное лицо, бледноватое, правда. Темные волосы, короткая стрижка. Галстук на белой рубашке. Вместо спортивных штанов – серые брюки. Гладко выбритое лицо и никаких усишек. А у второго? У того, что на почту пошел?

Фотографа затрясло, как только он меня узнал.

– Мужики, а фотографируя, вы меня ни с кем не перепутали? – спросила я как ни в чем не бывало, наклоняясь к открытому окну.

Он толкнул дверцу и полез из салона головой вперед. Как кстати!

Резким движением колена я ударила по дверце, и она стойкой врезалась в его темя. Аж звон раздался!.. То ли дверца звякнула, то ли голова отозвалась пустым звоном. Он только охнул, но не смутился и намерения своего не изменил – толкнул дверцу еще раз и полез вперед, на сей раз не теменем, а коленями.

Отступив на шаг и не обращая внимания на редких прохожих, я лягнула его в грудь. Фотограф приложился головушкой к шишковатому навершию рычага переключения передач и поднялся не сразу, схватившись за виски. А когда попытался это сделать, я, успев обежать машину, скользнула на водительское место и крепко взяла его за галстук. Мужчины, знаю, иногда называют их удавками. Метко!

– Так, может, вы меня все же спутали с кем-то? – повторила я вопрос, затянув шелковую петлю на его шее, но не настолько, чтобы перекрыть ему дыхание.

 – Отвечай!

– Пусти! – попросил он, благоразумно перестав трепыхаться.

– Вставай, – разрешила я. – Но веди себя хорошо, или я тебя ударю еще раз.

Первое, что он сделал, приняв вертикальное положение – избавился от галстука, вытянул его из-под воротничка и бросил за спину.

– Ты чего на людей налетаешь? – очень запоздало возмутился фотограф.