Кризис жанра

– Я особенный, – улыбаясь во весь рот, сообщил мне Саша, – так тетя говорит.

– А можно мы останемся с твоей тетей наедине? – сладким голосом, улыбаясь, сказала я Александру. – Пойди, Саша, погуляй, а тетя Юля покажет тебе что-то интересное.

Глаза домработницы удивленно распахнулись.

– Тетя Юля, быстренько покажите ребенку интересное, – сказала я все так же сладко, но зыркнула на домработницу так, что она мгновенно все поняла и вывела Александра из комнаты.

– Вы что, чем-то недовольны? – с невинным видом поинтересовалась Агеева, усаживаясь на диван.

Я присела напротив и деловым тоном с примесью сарказма сказала:

– Да, легкое недовольство у меня вызывает умственное состояние вашего племянника. Кроме телохранителя, ему нужна сиделка и парочка санитаров, чтобы успокаивать, когда он разбушуется.

– Ну, не надо так драматизировать ситуацию, – отмахнулась от моих слов Агеева. – Подумаешь, случайно толкнул на ваших глазах домработницу. Вы же видели, как он раскаивался. Саша и мухи не обидит.

– Ладно, попытаюсь еще раз до вас достучаться, – произнесла я с нажимом. – Вот мы будем жить с ним вдвоем в квартире его матери, а кто будет нам готовить, стирать? Не проще ли мне поселиться здесь?

– Нет, Евгения Максимовна, на это я никогда не соглашусь, – непреклонно сказала Агеева и хлопнула в доказательство своей серьезности по дивану рукой. – Я, конечно, люблю Сашу, как родного сына, детей-то у меня никогда не было. Но я не хочу, чтобы меня прихлопнули из-за его наследства только потому, что я буду находиться поблизости.

Понимаете, я просто боюсь, – в полных отчаяния глазах хозяйки появилось молящее выражение, – я боюсь смерти. Вы разве не боитесь?

– Боюсь, – подтвердила я, – иначе бы давно кормила червей.

– Саша рос по большей части у меня на глазах. Пока его мамаша пила, он приходил сюда, и мы играли, ходили в парк. Я даже учила его читать и писать. – Рассказывая, Агеева сдерживала слезы, стоявшие в ее глазах. – Но страх – такая вещь, что порой пересиливает любые чувства.

То, как умерла Екатерина, до сих пор стоит у меня перед глазами. У нее было такое испуганное лицо! Оно каждую ночь преследует меня в кошмарах, и тогда я просыпаюсь и кричу посреди ночи. Когда Саша здесь, мне все время кажется, что по коридору крадется убийца или что кто-то затаился под лестницей…

Я слушала Агееву и думала, что помощь психиатра требуется ей даже больше, чем ее племяннику. Смертельно испуганная женщина на грани нервного срыва.