Как в страшном сне. Шоу ужасов (сборник)

– То же самое сказал ваш отец, – я пожала крепкую ладонь, усмехнулась, – хотя, должна признаться, у меня создалось впечатление, что мнение Тимофея Николаевича по поводу сложившейся ситуации несколько отличается от вашего.

– Это точно, – Артем покусал нижнюю губу, прошелся взад-вперед по комнате, – отец думает, что я свихнулся. Как по-вашему, это возможно?

– Мне пока известно слишком мало, чтобы делать какие-то выводы, – уклончиво ответила я, – поговорим, а там видно будет.

– Хорошо. Ничего, если я ходить буду? Устал от сидения…

– Без проблем, моей нервной системе хуже от этого не будет, – заверила я юношу.

Задала я этот вопрос по одной простой причине: мне хотелось удостовериться, что манией преследования предполагаемый клиент не страдает и лекции пропускает не потому, что боится выйти улицу. Хотя и так уже было понятно, что разговариваю я не с душевнобольным, а с нормальным парнем.

– Так я по индивидуальному плану учусь, – с готовностью отозвался Артем.

– Понятно. А сегодня вы куда-нибудь собираетесь?

– Ну, к доктору, мне на два назначено. И все, пожалуй. Да, сегодня еще тренировка, я в спортзал хожу. Побегать, грушу поколотить, так, для себя. Подвигаться, короче. Но в последнее время я что-то неважно себя чувствую.

– А как именно?

Артем замялся.

– Представь себе, что мы репетируем визит к врачу, – помогла я, переходя на «ты».

– Ну, спать все время хочется. А глаза закрываю – кошмары снятся. Утром встаю, такое ощущение, что всю ночь вагоны разгружал.

Я кивнула. Парень попал в обычный замкнутый круг. Нервничает – хуже спит, плохо высыпается – больше дергается.

– Можешь сообщить своему батюшке, что я берусь за эту работу.

– Здорово, – Артем оживился, – а когда приступите, прямо сегодня?

– Прямо сейчас, – уточнила я, – считай, что ты уже под моей опекой.

На лестнице послышались грузные шаги. Ступени жалобно заскрипели.

– А вот и отец идет, – кивнул Артем на дверь. – У него сейчас совещание. А после он уезжает в район и вернется завтра.

Орлов деликатно стукнул в дверь и, шумно дыша, ввалился в комнату.

– Не помешаю?

– Ничуть. – Я поднялась. – Я согласна.

– Оч-чень хорошо, – Тимофей Николаевич возбужденно потер ладони.