Кольцо с секретом

)

Да нет, заняться-то мне было чем, много чем было мне заняться, но я вполне могу заниматься несколькими делами одновременно. Конечно, на капремонт двигателя пока придется подкопить, зато начать ремонт вполне можно.

Ну а то, что мыслительный процесс пошел и девать его некуда – что ж тут поделать. Совершенно непонятно.

«Если принять за отправную точку версию о том, что Ольга убита в «Дубе»… Почему «если»? Это вполне работоспособный вариант, как учит нас опыт и судебная практика. Всем известно, что неслыханных злодеяний не бывает, и более трехсот раскрытых дел подтверждают этот тезис», – размышляла я, изучая образцы умопомрачительных итальянских обоев, морща носик и раззадоривая менеджера по продажам.

«Римма оговорилась, что ничего не знает о своей дочери с сентября. Включим одну сотую логики. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы знать, чем занимаются студенты примерно с первого по пятое сентября, а то и дольше – как правило, празднуют. И далеко не всегда в уютных квартирах…»

Так, надо как-то отреагировать на внешние раздражители.

– Простите, вот это можете предложить своей уважаемой бабушке, – проворковала я, томно глядя на продавца в упор. Тот покраснел и ослабил галстук, – а мне, пожалуйста, покажите нечто, что не стыдно поместить на стены современной квартиры вполне современной девушки.

– Что именно? – хрипловато переспросил он.

– Да уж, наверно, не тигриную шкуру, – колко ответила я, – у вас имеются нормальные – подчеркиваю, нормальные! – обои из обычной, ничем не примечательной Италии?

– Где-то были, – о, он уже начинает шутить в ответ.

Идем дальше.

«…да, не в квартирах, а, как правило, на дачах, что предполагает бесшабашные пьянки и секс в антисанитарных условиях. И даже если Ольга – по маминой версии – не распивает, что мешает ей со товарищи гулять именно в «Дубе»? В конце концов, что бы ни говорил Гарик, это единственное обитаемое место, и оживленных трасс вокруг нет.

– Да, вот это, пожалуй, получше, только было бы неплохо на два тона посветлее. И без радужного отлива, покорнейше прошу, терпеть не могу ничего радужного.

– В этом мы с вами солидарны, – интимно поведал менеджер.