Урок нравственности. Зигзаг судьбы. Шестой том

После собрания Бокшанскому стали поступать разные предложения. Подошел Владик Шабанов и сказал, что у него брат чинит мотоциклы. Он посоветовал отремонтировать машину, а затем продать, как раритет.

Даша посоветовала сфотографировать находку на мобильник, сфотографировать место, где мотоцикл был найден, и сразу выставить его на продажу в интернете, что Игорь и сделал.

Вскоре посыпались звонки от любителей раритетов. Люди спрашивали цену, но Игорь оказался не готов к этому простому вопросу.

Через день ему предлагали шестьдесят, а через два цена дошла до ста тысяч.

Последний покупатель оказался настойчивее других, и вслед за фразой Бокшанского «Я подумаю» сразу спросил, сколько времени требуется на раздумье. Игорь пообещал, что будет думать три дня.

И именно за эти три дня произошли события, которые сильно повлияли на него, заставив изменить отношение к деньгам.

С утра в лагерь пришел дед Кирилл, да не один, а в сопровождении внука Павла. Он обратился к Сидорову с вопросом:

– Мне передали, что вы здесь мотоцикл немецкий нашли?

Сидоров кивнул в знак согласия.

– Я хочу купить этот мотоцикл, – сказал старик.

Учитель велел позвать Бокшанского. Игорь пришел.

Он узнал деда Кирилла, и старик узнал своего постояльца. Они, улыбаясь друг другу, поздоровались.

– Вот хозяин мотоцикла, с ним и договаривайтесь, – сказал Сидоров, указывая рукой на Бокшанского.

– Этого хлопца я знаю. Он малиновое варенье любит, – произнес дед, похлопывая Бокшанского по плечу. Затем обратился к Игорю:

– Игореша, я хочу купить твой мотоцикл, – после этих слов он вынул из кармана десять тысяч рублей и положил на стол.

Бокшанский изменился в лице.

Подул ветер, купюры слетели со стола.

Сидоров поднял их и положил на место.

– Что же ты денег не берешь? – спросил дед Кирилл.

– Я не могу вам продать мотоцикл, – выдавил из себя Игорь.

– Почему?

Возникла пауза. Игорь тянул с ответом.

За него ответил Валерий Сергеевич.

– Он уже имеет предложения от других покупателей, и ему предлагают больше.

– Ах, дело в деньгах? Так я добавлю.

Стрельников положил на стол еще десять тысяч.

– Извините, я не могу продать, – сказал Бокшанский и выбежал из палатки.

– Что с ним? – спросил старик у Сидорова.