Источник тайной информации

 – Ах, вы все о той странной девочке. Что вы, нет, конечно. У меня дел невпроворот, верчусь как белка в колесе.

«Да уж, белочка – ни одно колесо такую не выдержит!» – подумала я, чувствуя, как поднимается волна раздражения. А что, собственно, меня раздражает? Татьяна Алексанна, а может, ты просто завидуешь нормальному женскому счастью, сознайся?

Ладно, каждому свое.

– Елена, а почему все же вы считаете ее странной? – спросила я еще раз.

– Ну-у… Не знаю. Книжки все какие-то непонятные читала, по гадалкам бегала, собиралась на курсы экстрасенсов записаться… Анюта, я кому сказала, надо докушать все, что мама положила в тарелку!

Елена метнулась в соседнюю комнату.

Я вдогонку задала вопрос:

– Ну и что у нее вышло с этими курсами?

И поняла, что ответа так и не получу. Я уходила из этого дома быстро и не простившись. Елене было явно не до меня.

Удивительно, как же можно сильно измениться всего за несколько лет! Должно быть, поэтому я избегаю встреч со старыми знакомыми, особенно с теми, кто что-то значил для меня.

Исключение составляют лишь пара подруг, таких же, как я – вечных холостячек, которые замужем за своей работой, и нескольких друзей-ментов, которые хоть потихоньку толстеют и лысеют, но остаются верными и надежными товарищами в любой ситуации.

Следующим на очереди был бывший поклонник Дины. «Чем-то он меня удивит?» – подумала я.

Вячеслав Крамской оказался мужчиной неженатым, поэтому слегка обалдел, когда я появилась на пороге его квартиры.

Он жил один, и холостяцкий беспорядок сразу бросался в глаза.

– Вы к кому? – встретил меня Вячеслав недоуменным вопросом.

– К Вячеславу Крамскому – это вы?

– Я, – еще более удивленно ответил бывший студент философского факультета. – А вам кого надо?

Судя по высокоинтеллектуальному началу нашего диалога, когда я скажу, кого мне надо, он спросит: «А вы кто?» Так оно и вышло. Я коротко представилась и показала свою лицензию частного детектива. Внимательно ее изучив, Вячеслав, однако, не поторопился пригласить меня войти.

– А я вам зачем понадобился? – не то испуганно, не то недоверчиво спросил он.

– Послушайте, Вячеслав, я не из ГПУ и сейчас не тридцать седьмой год. Позвольте даме войти хотя бы в прихожую.

Этот не совсем убедительный, но весьма эмоциональный аргумент почему-то вывел Крамского из состояния ступора. Он встрепенулся, извинился, и мне наконец удалось проникнуть в помещение.