Испанский сапожок на шпильке

Прохожие видели его и думали, что он просто спит или пьяный, ну как обычно…

– Каким образом его убили?

– Выстрел в спину. И никто ничего не слышал. Там еще такое место в этом парке, глухое, прямо над прудом, подальше от лодочной стоянки…

– Ты хочешь, чтобы я нашла убийцу?

– Мне бы не хотелось обременять тебя, я знаю, что у тебя и так много дел, но Виталька был моим лучшим другом. Мы дружили с детства. Я знаю всех его знакомых, у него не было врагов. Единственное, за что могли убить такого безобидного человека, – это если он оказался невольным свидетелем какого-нибудь преступления.

– Ты разговаривал с его близкими? Кстати, с кем он жил? У него есть семья?

– Последнее время он жил один. Его отец вторично женился и переехал к той женщине.

– Когда ты видел его последний раз?

– Вчера же и видел.

– Он говорил о том, что собирается в парк или еще куда?

– Нет. Он просто сказал, что скоро у него появятся деньги и он сможет купить себе компьютер.

– Тогда, может быть, его смерть как-то связана с этими деньгами? Возможно, он сделал какую-то работу, а ему не заплатили… – Я говорила все это в пространство, в воздух, просто бросала мысли, чтобы потом, путем поиска и анализа, выйти на основную причину убийства.

– В морге. Я-то, собственно, и хотел, чтобы ты поехала вместе со мной. Я не трус, но действительно боюсь.

– А как ты узнал о его смерти?

– Мне позвонил его отец, а ему позвонили из милиции.

– Тогда едем.

* * *

Как правило, в каждом городском морге у меня есть знакомые. Патологоанатомов и экспертов хлебом не корми, а дай выпить. Они же не просыхают. Поэтому, прежде чем поехать в Овчинников переулок, мы заскочили в магазин и купили коньяк и закуску.

– Я понимаю их, – сказал Сергей, зажимая нос – мы спускались в подвал, где находился морг. – Если не пить, то можно просто сойти с ума.

– Мы скажем, что ты – его брат, а я – сестра. Понял? Это просто на всякий случай, если там дежурит новенький. Он меня не знает.

Но новенький уже минут через пять стал «стареньким». Это произошло после того, как я достала коньяк и поставила бутылку на стол.