Империя обмана

В кабинет старшего менеджера я вошла сразу после легкого стука, за столом сидел молодой мужчина в сером костюме, красный галстук он ослабил, расстегнув пуговицу на тугом вороте белоснежной рубашки. Парень окинул меня колючим взглядом:

– Здравствуйте. Вы по записи? У нас… – начал он фразу.

– Ограниченное количество мест, – проговорила я с ним в унисон. В глазах сотрудника мелькнуло легкое удивление. – Игорь, Игорь Павлович, я записалась на прием у сотрудницы на входе, она не успела вас предупредить. Я по рекомендации от Стрельниковой Екатерины, ищу работу и знаю, что вам нужен менеджер по работе с клиентами.

Я положила распечатанный лист А4 Игорю на стол.

– Отличный у вас кабинет, уютно и так солнечно. Неожиданный визит, понимаю, и спасибо, что нашли время со мной пообщаться. – Я спокойно устроилась на стуле напротив стола старшего менеджера. – Екатерина много о вашей компании не рассказывала, но у меня большой опыт в работе с клиентами.

Игорь ни на минуту не опустил глаза на мое резюме, он внимательно следил за каждым моим движением, на его лице не отражалось эмоций. Но меня было не так просто смутить:

– Великолепный галстук. Где приобретали, в Милане? Видела такой в последней коллекции Лагерфельда, когда летала на пару дней пошопиться.

От моего вопроса собеседник опустил глаза вниз на свою рубашку и потом снова уставился на меня:

– Татьяна, да? Где работали раньше? – Наконец, ледяное молчание закончилось, в глазах Игоря мелькнуло любопытство.

– Продавала пылесосы «Норби», лучшие показатели каждый месяц, три и больше пылесоса. – Я старательно смотрела менеджеру в переносицу, немного жестикулировала правой рукой; никаких торопливых движений, никаких касаний носа или губ. – Да, там платят хорошо, но я уверена, что здесь получится заработать больше. Мне нужны деньги.

– Зачем тебе много денег? – В голосе мужчины звучало пренебрежение.

– Мать болеет, у нее онкология. Надо много денег на лечение, никто не хочет с таким прицепом связываться. Так что я сама, без красивой жизни обойдусь, – эту фразу я говорила уже без улыбки и игривого тона, сдержанно, сжимая зубы.

У Игоря дернулась губа, он вдруг расслабился и обмяк в своем кресле, с вызовом хмыкнул:

– Продай мне ручку, – и потянулся за ручкой на столе, но ее там не было.