И грянул выстрел

– Татьяна Александровна, вы хотите поговорить со мной? – спросила Маргарита.

– Немного попозже, Маргарита Васильевна. Сейчас я бы хотела задать несколько вопросов гувернантке вашей дочери. Ведь вы гувернантка? – обратилась я к девушке.

– Да, – испуганно произнесла девушка, – но я не понимаю…

– Светлана, ответьте на все вопросы Татьяны Александровны, – строго приказала Маргарита, – она расследует происшествие, потом придете ко мне в спальню. Мы с Анфисой будем там. Пойдем, дочка.

Черемысленникова взяла Анфису за руку и повела ее за собой.

– Светлана, где мы с вами сможем поговорить? – обратилась я к гувернантке, которая стояла ни жива ни мертва, видимо, от страха и неизвестности, и кусала губы.

– Ну… мы можем пойти ко мне… в комнату, – еле слышно пролепетала девушка.

– Ну, так пойдемте.

Комната Светланы представляла собой типичную комнату, в которой обитала прислуга.

Я вошла в комнатку и устроилась на стуле. Светлана немного постояла и присела на застеленную темным флисовым пледом кровать.

– Светлана, мне все известно, – начала я, – известно все о вас с Матвеем Акулиничевым. И ему собираются предъявить обвинение, – начала я свой блеф.

– Господи! За что? – Светлана, кажется, всерьез поверила в мое вранье.

– А все из-за вас, – неопределенно ответила я. – Когда его допрашивали о произошедшем убийстве, он не признался в том, что был в ночь убийства недалеко от места преступления. И знаете, почему?

– Почему? – одними губами произнесла Светлана. – Потому что не хочет, чтобы о нас с ним узнала его жена, да? Поэтому? Ну, так никто ничего не докажет!

– Не докажет что?

– Что я была там вместе с ним. Вот что! – воскликнула девушка.

Кажется, она уже пришла в себя и воспрянула духом.

– Вы ошибаетесь, Светлана, считая, что вас никто не видел.

– А кто нас мог видеть, кто? Кухарка? Эта старуха сразу завалилась спать!

– Светлана, – я покачала головой, – это сейчас женщины немного за пятьдесят кажутся вам старухами. Но пройдет совсем немного времени, и вы с удивлением заметите, что и сами очень близки к этому возрасту.

– Никогда! – патетически воскликнула девушка.