Хирург дьявола

Твое письмо все перевернуло. Да ты и сам видишь. Черт тебя возьми, я все равно с трудом называю тебя по имени.

– Привыкнешь, – улыбнулся Илья Петрович. – И он привыкнет. Так что там с моим письмом?

– С каким? – не понял Сергей.

– С моим, – мягко, но настойчиво повторил Афиногенов. – Ты, наверное, говоришь про то письмо, которое я прислал Андрею по электронке?

– Если вы и раньше переписывались, то, подозреваю, болтали о чем-то другом, – заметил Сергей. – Но я сейчас говорю о том самом письме, единственном, которое он мне показал.

В нем ты спрашивал про Лондон. И звал его сюда. Меня в твоем письме не было.

– Понял, понял… – успокоил его Афиногенов. – Признаюсь, что меня в свое время тоже сильно подкосил положительный ответ на высланное резюме. В хорошем смысле подкосил. Я сюда попал случайно. Наткнулся на вакансию, которую выложили на одном серьезном сайте. Помню, переживал из-за того, что мой английский вызовет смех у работодателя. Да и кому я нужен в этих туманах? А мне взяли и ответили. И пригласили на собеседование, которое, прикинь, состоялось по телефону.

И когда я понял, что могу спокойно и правильно выражать свои мысли на чужом языке и понимаю все, о чем мне говорят, то стало ясно, что все складывается не просто так. Все к тому и шло. Я произвел положительное впечатление. Знаешь… пойду-ка я возьму нам с тобой кофе.

– А тут можно купить кофе? – удивился Колесников. – Я думал, что в пабах только пиво бывает.

– Не только, – успокоил его Афиногенов. – Оглянись, тут даже чай с пирожными есть.

Он понизил голос и подался к Колесникову.

– А своему другу Слепневу передай потом, что если его увидят в таком состоянии коллеги, то он может поиметь серьезные проблемы на работе. Или они его поимеют, – негромко сказал Афиногенов. – И я никак не смогу его прикрыть. У тебя тоже не получится. И свою репутацию я тоже не хочу пачкать. Понимаешь меня, студент?

– Понял, – кивнул Колесников.

– Пойду, помогу ему.

Илья Петрович встал со стула и пошел навстречу Слепневу, который возвращался за стол с очередной кружкой пива.

Через полчаса был куплен кофе, который пили только Афиногенов и Колесников. Слепневу был подан апельсиновый сок.

– Иначе твое сердце получит под дых, а печень будет выплевывать свои зубы, – пояснил Илья Петрович такое неравное распределение напитков. – Ты же врач, Слепнев. Поэтому нагружай организм правильно.

Протрезвевший Андрей чувствовал себя опозоренным, но счастливым.

– Расслабился, – признался он.