Господин легкого поведения

Шварценеггеров среди спецов обычно не встретишь, – согласилась я.

– Хорошо, вы меня убедили, – улыбнулся Кравцов. – Рекомендаций Феофанова мне достаточно. Предлагаю теперь обговорить детали.

– Согласна, – кивнула я. – Прежде всего в чем будет заключаться моя работа?

На переносице у Кравцова обозначилась вертикальная складка. Он сильно задумался, а потом сказал неуверенно:

– Раньше я никогда не задумывался о собственной безопасности, так как не лез во всякие темные дела, поэтому не до конца понимаю, как сформулировать свои требования.

– Для начала скажите: как вас охраняли раньше? – спросила я, доставая из сумочки портсигар. Кравцов дал мне прикурить от позолоченной зажигалки. Я затянулась, предложила сигарету ему. Он кивнул в знак благодарности, взял сигарету и, подвинув поближе пепельницу, сам закурил, а потом продолжил разговор.

– Сказать честно, мой шофер по совместительству является моим телохранителем.

– А как охраняется дом? – поинтересовалась я, стряхивая пепел в пепельницу.

– Забор и стальные двери, – ответил Кравцов.

– Я так и поняла, – хмыкнула я. – Первым делом надо обезопасить ваш земельный участок по периметру, а то любой сдвинувшийся наркоман может легко перемахнуть через ограду и порешить вас вместе с женой. У вас даже камеры на крыльце нет, чтобы посмотреть, кто пришел.

– Да руки все не доходили, – виновато улыбнулся Кравцов.

– На периметр хватит четыре камеры плюс одну на крыльцо и другую на въездные ворота, – принялась подсчитывать я, – датчики движения, систему против проникновения в дом. Сигнал можно и нужно вывести на пульт вневедомственной охраны.

– Что, думаете, все так серьезно? – нахмурился Кравцов. – Может, вашего присутствия будет достаточно?

– Я не могу находиться рядом с вами постоянно до самой смерти, – пояснила я терпеливо, – это элементарные меры безопасности.

– Да нет, ни разу, – хмуро бросил Кравцов, вдавливая окурок в пепельницу.

– Что ж, могу вас поздравить, – сказала я торжественно, – вам сказочно повезло.

– Ладно, я все понял. Завтра же позвоню в «Гарант», – пообещал он так, словно делал мне одолжение.