Гори все синим пламенем

– Да, – ответил Беккер.

– Значит, вернется быстро, – заключила я. – А за Юлию Николаевну волноваться сейчас не стоит – если бы преступников хоть сколько-нибудь интересовала ее персона, они бы и о ней заодно «побеспокоились», – я кивнула на Валерия Павловича.

– Я Виталика никуда не отпущу! – категорически заявила вдруг супруга Беккера.

– Ну знаете что! – я начала выходить из себя. – Давайте в таком случае вызовем милицию! Валерия Павловича увезут в больницу и, может быть, приставят к нему для охраны парочку молоденьких милиционеров, а я преспокойно отправлюсь домой.

– Господа, будьте мужественны! – вступил в разговор доктор. – Девушка дело говорит. Раз уж вы решили скрыть от общественности произошедшее, придерживайтесь намеченного и далее. Лекарств, которые я прихватил с собой, в принципе для оказания первой необходимой помощи хватит. Однако лучше быть готовыми ко всему и заранее позаботиться о дальнейшем лечении Валерия Павловича.

– Может, все же я все, что нужно, привезу? – несмело предложил Виталька.

– Чем быстрее я вооружусь, тем лучше, – холодно ответила я.

Теперь никто возражать не стал. Видимо, Григорий Семенович был для этой семьи настоящим авторитетом, да и мои слова, наверное, не прошли даром. Ведь на самом деле такой выход из положения являлся самым оптимальным.

Я быстро нацарапала записку тете Миле и протянула ее Витальке. Прочитав ее, тетушка должна была впустить моего посланника в квартиру и предоставить ему право распоряжаться кое-каким имуществом, хранящимся в потаенном уголке моей комнаты.

Беккер-младший постоял немного, задумавшись над запиской, а затем, вдруг хлопнув себя по лбу, воскликнул:

– Какой я болван! Отец же мне говорил…

После этих слов он кинулся на второй этаж, перепрыгивая сразу через несколько ступенек, и через пару минут вернулся оттуда с пистолетом.

– Га-азовый… Им только ворон пугать! Такое оружие знаешь как называют? Дамская пукалка. Мне же предстоит выполнять мужскую работу. Возьми, если хочешь, эту игрушку с собой или лучше Юлии Николаевне дай. А мне, очень прошу, поскорее мое доставь.

Беккер не стал перечить, положившись наконец на мой опыт, и протянул пистолет матери.