Где собака зарыта?

– Без проблем и с удовольствием, – улыбнулся Навашин и исчез за дверью.

* * *

Знакомство с семьей Крашенинниковых состоялось после обеда. Нас вместе с Фахрутдиновой Навашин отвез к ним домой на своей машине.

На пороге квартиры нас встретила нервная женщина лет сорока пяти.

– Вы частный детектив? – сразу же уточнила она, пристально глядя на меня. – Очень хорошо, очень хорошо…

Навашин, будучи не в курсе моих занятий, продемонстрировал явное удивление. Сначала нахмурился, потом поднял брови, покачал головой и как-то смутился.

– Проходите, проходите, – скороговоркой произнесла женщина, приглашая нас в комнату.

Вскоре на столе уже парились чашки с кофе, к которым подали пирожные.

– Так, может быть, я пойду? – сказал Навашин, не решаясь присаживаться. – У вас тут свои дела…

– Нет, останьтесь, – попросила я. – Мало ли… Как я понимаю, неприятности затронули всех членов семьи, в том числе Глеба, а он – лучший нападающий вашей команды. Садитесь… Если, конечно, Алла Николаевна не против, – кивнула я в сторону хозяйки.

– Нет, не против, – тут же отреагировала Крашенинникова. – Итак, по порядку. Три дня назад моего сына в подъезде встретили неизвестные бандиты и избили железными прутками. Сейчас он в больнице. А позавчера дочь говорит, что потеряла свой паспорт, вернее, его отобрали у нее. А ей оформляться в загранпоездку… Представляете?

– Кто отобрал паспорт? – удивилась я.

– Дочь возвращалась поздно вечером, во дворе к ней пристали неизвестные парни.

– Больше ничего с ней не сделали? – уточнила я.

– Слава богу, нет, – на лице Аллы Николаевны появилось некоторое недовольство моим не совсем, может быть, тактичным вопросом.

– И у вас тоже, я слышала, какие-то проблемы?

– Да. Я занимаюсь коммерцией, у меня свой мини-маркет. Так вот, вчера и сегодня с утра не дают прохода налоговая полиция и санэпидемстанция.

– И как вы думаете, кто его осуществляет?

– Если бы я знала, то не стала бы приглашать вас, – поджав губы, ответила Крашенинникова и достала из пачки «Вирджинии», лежащей на столе, сигарету.

– Но хоть какие-то подозрения у вас есть?

Крашенинникова отрицательно покачала головой.