Фатальная красота

Удивления данное обстоятельство во мне не вызвало, наоборот, я посчитала ее поведение естественной реакцией на визит представителя правоохранительных органов.

– Извините, что отрываю вас от работы, но не проводите ли вы меня к своему племяннику?

– Отчего ж не проводить, провожу. Дом у меня небольшой, но где именно сейчас находится Степка, сказать не могу, он спьяну любит побродить по комнатам. Один раз я его в кладовке нашла, спал в обнимку со шваброй.

Скрашивая такими рассказами дорогу до дома, Елизавета Васильевна с трудом передвигала ноги.

Когда мы наконец достигли заветной комнаты, первое, что я разглядела, были ноги, торчащие из-под кровати. Елизавета Васильевна бойко схватила одну из ног и потянула ее на себя. Тут же раздался возмущенный крик и из-под кровати показалась лохматая голова не проспавшегося с перепоя мальчишки.

– Чего пристала! Достала уже своим воспитанием, – проворчал паренек лет шестнадцати (на большее он не тянул), – никакого покоя от тебя, старая.

– Это я старая? – возмутилась моя провожатая. – Добегаешься ты у меня, языкастый, отправлю к родителям, они на тебя управу найдут.

– Не надо к родителям, – моментально сменил тон паренек. – Тетя Лиза, ногу отпусти, неудобно ведь.

И только после этих слов я поняла, что пенсионерка до этого момента продолжала держать в руках ногу племянника.

– Приведи себя в божеский вид и спускайся на кухню, тут девушка поговорить с тобой хочет.

Мальчишка сфокусировал взгляд на мне, поинтересовавшись:

– Этой-то чего от меня надо? Я противозаконного ничего не совершал, или сейчас сажают уже и за употребление спиртного?

– Ничего подобного, – решила я внести ясность в происходящее. – Я жду тебя на кухне, сам все узнаешь.

Я вновь направилась вслед за хозяйкой на кухню, где мы и расположились с максимальным удобством. В ожидании юного пьяницы я успела попробовать и пирог с вареньем.

– Что-то мальчишка задерживается, – всполошилась я. – Он не убежит?

– Некуда ему бежать, да если и убежит, все равно под утро вернется. Он хоть и пьет, но в меру.

Видимо, мера старушки существенно отличалась от моей, если она считает степень трезвости племянника нормальной.

Тут явился виновник дискуссии и как ни в чем не бывало уселся рядышком со мной за стол, начав уплетать за обе щеки пирог.