Ее последний шанс

Ее последний шанс

Марина Сергеевна Серова

Русский бестселлерЧастный детектив Татьяна Иванова

Дочь бизнес-леди Эвелины Вольтарской Алена выбросилась из окна своей квартиры. Следствие признало ее смерть самоубийством, и дело было закрыто. Но Вольтарская не верит, что ее дочь могла покончить с собой, ведь никаких проблем у нее не было. Любимый муж, верные подруги, собственное жилье – молодая женщина жила как в сказке. Что могло заставить ее уйти из жизни? В этом предстоит разобраться частному детективу Татьяне Ивановой.

Марина Серова

Ее последний шанс

В сгустившейся синеве теплой летней ночи жарко пылал костер, и над его пламенем летели ввысь, прямо к низким мерцающим звездам, клубы ароматного дыма. Высокий седовласый человек в длинной светлой полотняной рубахе, перехваченной крученым веревочным поясом, подбрасывал в огонь вязанки сушеных трав, произнося низким тихим голосом какие-то непонятные слова. При этом пламя каждый раз вспыхивало с новой силой, взметая вверх трескучий сноп искр и бросая отсветы на суровое, изрезанное продольными морщинами лицо.

По другую сторону костра на длинном стволе поваленного бурей дерева сидели, прижавшись друг к другу, молодые женщины, некоторые из которых держали на коленях испуганно глядящих на пламя детей. Позади женщин стояли мужчины, безмолвно устремившие взгляд на огонь. Их лица, куда более молодые, чем у того, кто священнодействовал у костра, были суровы и сосредоточенны.

– Знайте же, вы, изгнанные с земли своей! – бросив в костер последнюю вязанку трав, обратился к ним старец. – Никому после нас не жить на землях этих! Не строить изб бревенчатых, не возводить палат каменных! Не косить лугов и скот не пасти! А ежели кто осмелится против зарока этого пойти, умереть ему смертью лютою и пресечься роду его, и не бывать во веки!

Произнеся эти страшные слова, старец вскинул руки и простер их к костру, словно призывая само пламя в свидетели.

– Пойдемте же, покинем эти места еще до рассвета! – вновь призвал старик своих безмолвных слушателей, устремивших на него полные суеверного ужаса глаза. – Как догорит этот костер, так и жизни их угаснут. И память о них уйдет, как развеет ветер его пепел. Идемте же!

Вняв этому призыву, мужчины и прижимавшие к себе детей женщины в какой-то жуткой безмолвной покорности направились в сторону видневшихся поодаль возов, на которые указывал старец.