Дурацкая история

Конечно, это был глубоко необдуманный поступок, и я сразу же в нем раскаялась.

На пороге стоял мой приятель, Мельников, с которым мы когда-то вместе начинали трудовую жизнь, но потом разошлись в разные стороны. Из-за его спины выглядывал этот тип. Длинные волосы были собраны у него на затылке и стянуты резинкой. В одном ухе болтались сразу две серьги. Тип был довольно привлекательный внешне, что сразу мне не понравилось. Личные отношения в мои планы не входили, а просто так смотреть на эту обаятельную рожу мне совсем не хотелось.

Увидев меня, тип присвистнул и сказал:

– Однако…

– Однако что? – поинтересовалась я.

– Танюша, как хорошо, что ты приехала! – сказал Мельников таким тоном, что я сразу приуныла. Ничего хорошего этот деловитый и озабоченный тон не предвещал.

Мельников прошел в комнату и уселся в кресло. Его спутник потоптался в передней и жалобно попросил:

– Андрей! Пожалуйста, хотя бы для приличия, представь меня этому очаровательному созданию!

Мельников озадаченно посмотрел по сторонам, пытаясь понять, кого он имеет в виду.

– Ах да, – сообразил он наконец. – Это Таня. А это – Саша из Интерпола.

– Откуда? – переспросила я. Только Интерпола мне еще не хватало!

– Из журнала, – успокоил меня Мельников. – Он журналист. Мы к тебе по очень важному делу. А пиво у тебя есть?

– Мельников, я согласна, что пиво – очень важное дело, – вздохнула я. – Но вот на данный момент оно у меня отсутствует. Могу предложить только кофе, и то – растворимый. Я не выходила из дома.

– Почему? – удивился Мельников.

– Потому что я адаптируюсь после посещения Италии. Пока родные просторы еще давят мне на мозги, порождая депрессию. Вот я и не решаюсь пока разгуливать по улицам.

– А нечего по Италиям разъезжать, – рассмеялся Мельников.

Я не собиралась обсуждать с ним свои личные проблемы, поэтому отправилась в кухню, вскипятила чайник и приготовила кофе. Почему-то на меня напало странное смирение: от судьбы, Иванова, ты не уйдешь. И раз уж тут появился Андрей Мельников, да еще и не один, остается только признать, что этот вечер больше тебе не принадлежит.

Если бы я знала, в какую заварушку меня втягивают, я бы выставила их за дверь, ей-богу! Но тогда я ничего еще не знала.

Поэтому, спокойно присев на краешек кресла, я спросила:

– Что такого произошло, что ты примчался сюда? И почему при нашей с тобой конфиденциальной встрече присутствует пресса?

– Сейчас все расскажу, – махнул рукой Мельников. – А Саша не посторонний.