Дурацкая история

Под его взглядом я чувствовала себя как в бушующем океане, где вот-вот волны сорвут с меня купальник. Мне ужасно хотелось показать ему язык, я просто еле сдерживалась.

– Таня, дело очень серьезное! И мне нужна твоя помощь.

– Не ваше ли УВД запрещает нам заниматься криминалом, лапочка? Какого черта бежать к частному сыщику, если ты не хуже меня знаешь, что моя сфера – разводы, охрана чести владельцев фирм, от которых жены бегают налево, иногда – промышленный шпионаж, но не насильственная смерть! Так что я заранее отказываюсь.

Ты не хочешь неприятностей – я тоже…

– Таня, мне ты можешь все это не рассказывать!

– Не буду, – согласилась я. – Только я алчная натура. Я очень редко работаю за «спасибо». Особенно для родной прокуратуры. Я на нее очень обиделась и не хочу дарить свое время и силы вашему боссу, который не платит вам зарплату, заставляет пахать по ночам и без отпусков, а сам не вылазит с Канарских островов. У меня еще сохранилось острое чувство социальной несправедливости. Сам пусть ищет убийц, а то потеряет квалификацию.

Случись что – работу не найдет и медленно умрет с голоду.

Мельников обиженно посмотрел на меня и промолчал.

– Клиент будет, – неожиданно подал голос из своего угла представитель Интерпола. – Расшибусь, но найду вам клиента.

– Обрадовал! Вы что, оба думаете, что я нуждаюсь в клиентах?

– Нет, Татьяна Александровна, так получилось, что мы нуждаемся в вас. Дело-то очень тонкое, а вы знаете всех нуворишей…

Я задохнулась от злости. Это за кого же меня эти юноши принимают?

– Мельников, – тихо проговорила я.

 – Ты меня, кажется, причислил к нашим «новым русским», да? Может быть, ты еще начнешь меня сравнивать с их женами, которые маются от безделья? Я работаю, в том числе и на мужей этих дамочек. Но из этого вовсе не следует, что я питаю симпатии к ним.

– Таня! Об этом никто и не говорит! Но ты же вхожа в эти круги, а мы нет!

– Так войдите, – пожала я плечами. – За чем дело стало?

– Ладно, проехали, – махнул рукой расстроенный Андрюшка.

 – Проконсультируй нас хотя бы относительно вот этого гражданина…

Он положил поверх фотографий еще одну.

Я бегло взглянула и не удержалась от возгласа удивления:

– Что?!

Если меня можно было удивить, то они это сделали. На фотографии я увидела обезображенное лицо очень хорошо знакомого мне человека.

Натана Зелинского в Тарасове знали практически все, кто хоть раз сталкивался с нашим торгово-криминальным миром.

И вот он был мертв.