Дольче вита по-русски

– Татьяна Александровна, не забудьте, что не стоит беспокоить моих соседей, – напомнила мне Валерия Юрьевна и направилась в прихожую.

– Помню. – Я последовала за хозяйкой дома.

* * *

Сев в «Ситроен», я достала мобильник и набрала номер Кирьянова.

– Слушаю, – ответил он.

– Володя, привет! Как дела?

– Ты на самом деле интересуешься моими делами? – устало спросил полковник милиции.

– Конечно.

– Ну, тогда слушай. Работы, как всегда, завались, зарплату мне уже с год не повышали, жена каждый вечер намекает, что хочет новую шубу, а я всякий раз делаю вид, что не слышу ее.

– Не надо, уже понятно, что веселья в твоей жизни мало, – посочувствовала я Владимиру Сергеевичу.

– А в твоей?

– А в моей сейчас – еще меньше. Представляешь, расследую дело о хищении трупа! – И я вкратце посветила Кирьянова в подробности. – Как тебе это нравится?

– Оригинальное дельце! Скажи, а твоя клиентка вообще вменяемая? Может, она сама муженька в камине сожгла, а ее память попросту не сохранила того, что она совершила в приступе внезапно нахлынувшего безумия?

– Володя, я, конечно, заметила определенные странности в ее поведении, но не столь радикальные.

– То есть это дама все-таки с тараканами в голове?

– Да, но с маленькими. Володя, я, знаешь, что хотела у тебя спросить…

– Что? – с готовностью ответить на мой любой, даже самый заковыристый, вопрос уточнил Кирьянов.

– Скажи, у нас в городе случайно не завелся маньяк-некрофил?

– Нет, Таня, ничего подобного в Тарасове уже давно не было.

– Да, я тоже что-то такое припоминаю. Я тогда еще в Академии права училась. Володя, интересно, а выпустить его не могли?

– По идее, не должны были, но всякое бывает.

– Ты его фамилию помнишь? – спросила я.

– Алексеев, – сказал Кирьянов, немного подумав.

– А имя-отчество?

– Нет, такие подробности я уже не помню.

– Жаль.

– Знаешь, Таня, а сходи-ка ты в областной психдиспансер, к Макарову Ивану Сергеевичу. Это главврач, – уточнил Кирьянов. – Он мой давний приятель. Скажешь, что ты от меня, и Макаров тебе на все вопросы ответит. Я ему позвоню, предупрежу насчет твоего визита.

– Вот за этот совет и протекцию – спасибо.