Девочки с большой дороги

Та, что до сих пор была зажата в моих руках, отчаянно дергалась, но последовать за подельницами, увы, не имела никакой возможности. Говорят, надежда умирает последней. Верткая девица, видимо, уповая на это, норовила пнуть меня посильнее, рычала, как озлобленный зверек, но никакого серьезного вреда мне, конечно же, не наносила.

И все же ее дерганье меня раздражало. Чтобы слегка угомонить разбойницу, я схватила ее за шкирку и, приподняв над землей, хорошенько тряхнула, заметив при этом:

– Не рыпайся, тебе не по зубам.

После чего вернула звереныша на грешную землю и, не выпуская из рук, обернулась к спасенной:

– Вы как – в порядке?

– Относительно. – Женщина с благодарностью смотрела на меня, успевая при этом перетряхивать свою сумочку. – Спасибо, вы мне очень помогли… Черт, деньги все же стянули. – Oна раздраженно топнула ногой. – Хорошо еще, что документы на месте… Что вы собираетесь с ней делать? – Дама вновь обратила свой взор на меня.

Только теперь я получила возможность внимательно ее рассмотреть.

Нужно признать, она оказалась весьма привлекательной особой лет тридцати двух – тридцати пяти. У нее были большие выразительные глаза, маленький аккуратный носик, четко очерченные и в данный момент не накрашенные губки с пикантной родинкой внизу. Темные волосы сейчас слегка спутались и почти полностью вылезли из-под симпатичной заколки.

Дама была одета в легкую кожаную курточку, из ворота которой выглядывал белый батник. Соответственно белые, расшитые понизу стразами брючки красиво обтягивали ее довольно пышные бедра, почти полностью скрывая замшевые сапожки.

Закончив «осмотр потерпевшей», я ответила на ее вопрос:

– Эту красотку я передам в отделение милиции. Там знают, что с такими делать.

– Вы не будете против, если я не пойду с вами? – Женщина смущенно потопталась на месте, видимо, опасаясь моего отказа. – Вы-то за себя постоять можете, это сразу видно, чего не скажешь обо мне. И потом, я сейчас вся на нервах и… просто трясусь от страха. Мне нужно привести себя в порядок, успокоиться.

– Конечно, не против, идите домой, – сразу же согласилась я. – Я сама ее отведу – мне не сложно. Только оставьте свои данные. Полагаю, что работникам нашей доблестной милиции вскоре все равно понадобится с вами связаться.

Пострадавшая согласно кивнула, затем покопалась в сумочке и, достав блокнот, выдернула из середины один листок. Затем с трудом отыскала ручку и, присев на корточки, принялась что-то корябать на мятой бумажке.