Девочка, которая лгала

– Где мы можем поговорить? – Сташевич огляделся.

– Да прямо здесь и поговорим. – Марина окинула взглядом просторную комнату. – Места полно. Да вы присаживайтесь, не стесняйтесь.

Ни единый мускул не дрогнул на лице адвоката, когда он уселся в пухлое кресло, но я была уверена – сегодня же его костюм отправится в чистку. Все мягкие поверхности покрывал слой кошачьей шерсти. Не нужно было звать на помощь Шерлока Холмса, чтобы понять – где-то в этом доме обитает здоровенный котяра, и ему позволяется валяться где угодно.

Я выбрала стул почище и тоже уселась.

Госпожа Лазарева протирала сонные глаза. Внезапно, вспомнив об обязанностях хозяйки, Марина встрепенулась и спросила:

– Может, хотите чего? Кофе там или чая, а? Катюха живо сделает.

– Благодарю вас, не нужно, не беспокойтесь, – поспешно отказался адвокат.

– Да я и не беспокоюсь, – усмехнулась вдова.

Я присмотрелась к ней повнимательнее. Похоже, госпожа Лазарева не так проста, как кажется на первый взгляд. Между тем Марина Эдуардовна уставилась на меня с искренним интересом – так ребенок смотрит на «киндер-сюрприз», гадая, что внутри.

– Познакомьтесь, – спохватился адвокат. – Марина Эдуардовна Лазарева. А это Евгения Максимовна Охотникова, лучший в городе телохранитель.

Вдова беззастенчиво разглядывала меня, потом перевела взгляд на адвоката и спросила:

– Я так поняла, это происки моей свекрови?

Сташевич заерзал в кресле, но голос старого юриста звучал все так же благожелательно:

– Евгения Максимовна действительно работает на меня, а я действую по поручению вашей свекрови.

– Так она ж померла, – поморщилась Лазарева.

– Совершенно верно, но перед смертью Елизавета Михайловна оставила письменные распоряжения. Я всего лишь выполняю последнюю волю покойной.

Вдова банкира скривилась:

– Она всегда меня ненавидела. Даже с того света дотянулась, никак не оставит в покое.

– Последняя воля Елизаветы Михайловны никак не ограничивает ваши права, – вкрадчиво произнес адвокат.

– О! – подняла палец госпожа Лазарева. – Моей, ясно вам? Я сама знаю, что с ней делать и как растить. Ты сперва сама роди, выкорми, воспитай, а потом суйся в чужие дела…

Вдова довольно агрессивно уставилась почему-то на меня, как будто именно я собиралась заниматься воспитанием ее дочери.

– Дело в том, что ваша свекровь беспокоилась о безопасности внучки, – мягко произнес юрист. – Поэтому мы здесь.