Десять заповедей мертвеца

Выбирай поскорее крем и топай в сторону дома…

– Игорек, ты сильно рискуешь, – хладнокровно, без тени игривости проговорила юная девушка. – Ты знаешь, что бывает с теми, кто меня обижает?

– Знаю, – заржал Игорек. – Еще в интернате мне говорили – кто тебя обидит, трех дней не проживет! Это ж байки. Ты думала, я поверю?

– Ну, смотри, – пожала плечиками девица. – Я тебя предупредила.

Парень предпринял новую попытку «склеить» девчонку, которой, кстати, на вид было не больше пятнадцати.

– Молодой человек! – вступила в разговор провизор Любочка.

– Да я ж не курю, – довольно мирно ответил парень.

– И оставьте в покое девушку! – повысила голос Люба.

– Спасибо, тетенька! – кивнула юная особа. – Только мне помощь не нужна. Я и сама справлюсь.

И несовершеннолетняя гражданка обрушила на незадачливого ухажера семиэтажную фразу, преисполненную ненормативной лексики. Признаться, я даже заслушалась. Такого мастера-матершинника в наше время встретишь нечасто.

Люба осуждающе покачала головой. Игорек ничуть не обиделся.

– Ну, ты даешь! – восхитился парень. – Ладно, курить хочу, умираю. Я пойду покурю, а ты тут покупай, чего хотела, не стесняйся – ну, типа, тампаксы свои. А потом продолжим.

И гопник выскочил из аптеки.

Девчушка подошла к кассе и попросила:

– Теть, дайте мне двенадцать аскорбинок. Я спешу. А то девушка еще долго провозится. – И подруга гопника простодушно подвинула меня плечом.

Я посторонилась, пропуская невоспитанную пацанку.

Неожиданно девчушка заинтересовалась разноцветными тюбиками, выложенными на прилавок, ткнула пальцем в одну особенно яркую коробочку и посоветовала:

– Ой, девушка, берите этот, не ошибетесь. Мы в интернате всегда этим синяки сводили. На ночь намажете, утром встанете – морда как новенькая!

Любочка онемела от такой бесцеремонности.

Я невольно усмехнулась, поблагодарила юную особу и последовала ее совету. В конце концов, не все ли равно? Любая из мазей поможет, так почему бы не взять именно эту…

Девчушка, набив карманы курточки аскорбинкой, покинула аптеку. Я расплатилась, поблагодарила Любу и вышла вслед за подругой гопника.

Ноябрьский ветер пробирал до костей. Я наглухо застегнула молнию на куртке и зашагала по улице. Так, теперь скорее домой, в тепло, к тетиным пирогам.