Демон соблазна

– Нет, звонить я ей не буду. У вас документы какие-нибудь имеются?

– Ну конечно, – сказала я и полезла в сумку за лицензией.

Пока Игорь исследовал мои документы, я изучала его лицо. Оно было сильно загорелым, что весной выглядело несколько неестественно. Наверняка стриптизер время от времени посещал солярий, а также баловал себя всякими SPA-процедурами. Впрочем, для человека его профессии это вполне в норме. Даже длинные черные волосы, забранные сзади в пучок, и серьга в правом ухе смотрелись весьма органично.

Хотя лично я считаю, что мужчина должен быть коротко подстрижен и ему ни к чему разные побрякушки.

Марчук вернул мне лицензию и пробурчал без особой радости в голосе:

– Ладно, проходите.

– Спасибо, что согласились уделить мне внимание, – сказала я, переступая порог.

– Интересно, с какой стати Светлана Юрьевна наняла частного детектива? – вдруг озаботился квартирант.

Наверное, я должна была что-то на это ответить, но мне самой пока было не ясно, какие мотивы двигали моей клиенткой.

Но я всегда придерживалась мнения, что каждый человек имеет право на тайну, а уж работодатель – тем более. Короче, я промолчала. А Мистер Наутилус сам же ответил на свой вопрос, сказав:

– Хотя Анютка, кажется, была ее знакомой или даже родственницей.

– Родственницей ее хорошей знакомой, – уточнила я, показывая свою осведомленность.

– Может, и так, я особо в такие детали не вдавался. Вот, там была Анюткина комната, – Марчук махнул рукой направо, затем перевел ее на соседнюю дверь, – здесь дантистка живет, а это – моя спальня.

А говорить будем в кухне. Не возражаете?

– Не возражаю, но хотела бы заглянуть в Анину комнату.

– Не получится, ее опечатали. Можете лишь через стекло поглядеть, что там да как, – Игорь ткнул пальцем в стекло, – смотрите, а я пока переоденусь.

Я подошла к двери и посмотрела на бумажную полоску, приклеенную на косяк двери. Может, аккуратно отодрать ее? Едва я коснулась пломбы рукой, как за спиной раздалось:

– Даже не думайте! Мне из-за вас проблемы с милицией не нужны.

Раз нельзя туда заходить, значит, нельзя. Смотрите сквозь окно.

Ну надо же, какой принципиальный! Я разочарованно опустила руку и прильнула носом к стеклу. На дверном окошке изнутри висели темные шторки, но между ними оставался небольшой просвет. Мой взгляд сразу наткнулся на очертание трупа, сделанное мелом на паркете. Похоже, задушенная девушка лежала ровно, как солдатик, – ногами к окну, головой к двери, руки были прижаты к телу.