Деньги исчезают в полночь

Меня саму это не слишком беспокоило, да и просвещать на сей счет Михаила Павловича я не собиралась, так как его дальнейшее воспитательно-образовательное бубнение было мне абсолютно без надобности. Теперь я постаралась приблизить его к основной цели, спросив, когда же он познакомит меня с Тищенко.

– А на кой он тебе? – подозрительно прищурился Михаил Павлович в ответ на мой вопрос.

Кажется, он всерьез решил испытать мое терпение, а оно давно уже грозило лопнуть. Из последних сил я взяла себя в руки и иронично проговорила:

– Влюбилась!

– Хе! В него-то? Ну-ну.

Тут ему, очевидно, надоело беседовать со мной, потому что он поднял трубку и, набрав номер, сказал:

– Родионыч, ты? У себя будешь? Погоди пока. Я сейчас к тебе приведу... кое-кого.

И вот наконец-то судьба соизволила свести меня с моим главным подозреваемым – с Тищенко.

Его офис не производил особого впечатления и выглядел совершенно типовым. Мое внимание приковал только великолепный стол из красного дерева, свидетельствовавший о наличии больших денег у его владельца.

На мое появление Тищенко отреагировал лишь тем, что оторвался от своих бумаг и, скользнув по мне взглядом, вопросительно уставился на моего спутника.

– Дело есть, Родионыч, – весело проговорил тот. – Тебя что, Сандалов не предупредил?

– Говорил, что кто-то желает вложить в нас деньги. Но толком ничего не объяснил. А в чем дело-то, собственно?

– Ну, для начала знакомься с девушкой.

На физиономии Тищенко проступила смешанная гамма чувств. На нем боролись противоречивые эмоции, но среди них особенно явственным было желание как следует выругаться, причем с применением ненормативной лексики. Но, как видно, Юрий Родионович постеснялся моего присутствия и, взяв себя в руки, отреагировал на сообщение сдержанной тирадой.

– Да он с ума сошел, что ли?! Сколько ж можно, в конце концов...

Однако это краткое высказывание оказалось для меня чрезвычайно полезным. Оно позволило сделать несколько очень интересных предварительных выводов, каждый из которых мог служить ключом к разгадке. Очевидно, несмотря на свою значительную солидность, Тищенко все равно вынужден подчиняться Сандалову.