Деньги исчезают в полночь

Однако небольшие глазки Виктора Георгиевича светились живостью, что делало его похожим на толстенького хорька, предвкушающего обед.

Когда я так бесцеремонно вторглась на его территорию, дядька разговаривал по телефону. Может быть, поэтому он не бурно отреагировал на мое неожиданное появление, а только вопросительно на меня уставился, предварительно пробормотав в трубку что-то вроде: «Я перезвоню тебе».

Решив действовать нагло и дальше, я уселась в кресло. На лице Сандалова отразилась работа мысли. Кажется, он решал, как все-таки следует реагировать на мое хамство, параллельно пытаясь сделать умное и строгое лицо, что выходило у него совсем скверно.

«Что ж, – подумала я, – пора брать быка за рога». Кстати, Сандалов в роли быка меня вполне устраивал.

– Я – Татьяна Иванова, частный детектив. Расследую дело о покушении на вашу жизнь.

На то, чтобы дядька «въехал», ушло примерно пятнадцать минут. Сначала он никак не мог сообразить смысл понятия «частный детектив», потом и вовсе перепутал меня со стажером из милиции.

И только когда я напомнила ему про Шерлока Холмса, он вдруг обрадовался открывшейся истине. В своем далеком детстве господин Сандалов, похоже, успел прочитать какие-то произведения сэра Артура Конан Дойла. И вот наконец наступил долгожданный момент, когда моя личность была установлена, и мы смогли приступить к делу.

По поводу самого покушения, как я и предполагала, Сандалов не сказал ничего нового. Выяснилось, что в тот вечер в ресторане гуляла теплая компания из шести человек.

Судя по всему, это скорее был деловой ужин, но «новые русские», похоже, не видели ничего необычного в том, что он впоследствии превратился в масштабную пьянку. Причем Сандалов в серьезном деле пития отличился особенно.

Кроме самого именинника, в ресторане в тот вечер находились три его партнера по бизнесу, с которыми он днем заключил очень выгодную сделку, перебив пальму первенства у другого мужика. Кстати, он – фамилия его Тищенко – тоже находился в ресторане в тот вечер. Мне это показалось удивительным, и я спросила Сандалова, почему Тищенко вместо того, чтобы пойти домой и тихо переживать потерю, отправился на торжество.

Ответ я получила весьма своеобразный. Сандалов пояснил, что Тищенко не обиделся. Я в этом месте рассказа мысленно похихикала. А поскольку с теми тремя мужиками он был связан еще какими-то делами, то они его пригласили «культурно посидеть».

В компании присутствовал также заместитель Сандалова, некий Михаил Павлович Ришин.