Дело дрянь

Ну ясно – мы хотим играть или кушать, а скорее и то, и другое одновременно. Ну и морока все-таки – держать домашних животных… хотя кошек я люблю. Недаром Ведьма.

– Сейчас, чудовище! – Я сонно втянула ногу под одеяло, но пушистый котенок, попавшийся мне на улице под проливным дождем, которого по доброте душевной я пригрела у себя дома несколько дней назад на неопределенный срок, заполз и туда.

Я поняла, что избавиться от назойливых острых коготков не удастся. У котенка обнаружилось несколько ужасных привычек, одной из которых, но не самой отвратительной, была манера бросаться на ноги, цепляясь за джинсы своими орудиями убийства.

Впрочем, моим джинсам еще повезло, они по крайней мере еще не пахли, как пол у входной двери…

– Встаю, встаю! – Я с неохотой покинула свое уютное гнездышко под одеялом и пошла умываться и прибирать ночные «подарки» своего четвероногого чудища, радостно путавшегося под ногами и громким мяуканьем требовавшего своей ежеутренней пищи.

Кстати, насчет пищи – это неплохая мысль! После косметической уборки, когда я уже в который раз пригрозила выставить Заморыша – так назвала я свое чудо за мелкоту, худобу и противный голос – за дверь, мы отправились на кухню.

Я налила котенку молока, а сама поставила разогревать вчерашние деликатесы, остатки роскошного ужина, посвященного окончанию очередного дела, напрямую связанного, между прочим, с животными, с редчайшей кошкой Матильдой, которую похитили вместе с пятисотлетней родословной и хотели перепродать одному арабскому шейху, готовому выложить за нее ни много ни мало – ровно четыреста пятьдесят тысяч долларов.

Это при том, что котенком куплена она была за «каких-то» пятнадцать на всемирном конкурсе в Баварии, где победу одержали ее мохнатые мамаша с папашей.

С кошкой этой мне пришлось общаться довольно тесно, вместе переживать тяжести и треволнения, выпадающие на долю тех, кому посчастливилось попасть в самое пекло довольно кровавых интриг и разборок рабовладельческого государства, – и, скажу я вам, существо, стоящее на рынке рабов в сто сорок раз дороже, чем я, из-за которого были убиты почти два десятка человек и я едва не рассталась с жизнью, – так вот это существо было всего – навсего обычной кошкой, которая и мяукала, и есть просила точно так же, как мой нынешний Заморыш.

Честно говоря, терпеть не могу готовить, особенно рано утром, но ведь приходится, поэтому у меня есть уже приличный опыт в таких делах – то есть кофемолку от соковыжималки отличаю легко.