Что соврал покойник

– Выгонять не собираюсь, наоборот, хочу, чтобы ты тоже был на месте, – заметила я. – Так как насчет фоторобота?

– Посмотрим, что можно сделать, – подозрительно быстро сдал позиции Мельников. – Привози своего человека, а я поговорю с художником. Когда вас ждать?

– Сейчас, – заявила я и достала телефон.

Разговор с Ленкой не занял и двух минут. Я продиктовала ей адрес и велела немедленно выезжать.

– Все, едет, можешь договариваться с художником, – поторопила я Мельникова.

– Хотя бы доесть имею право? – потрясая миской, спросил он.

– За еду не переживай, я о ней позабочусь, – ответила я, отобрав у Мельникова обед. – Скажешь старушке, что порция маловата, в следующий раз она принесет кастрюлю.

Пока Ленка добиралась до участка, а я поглощала доброхотное подношение неизвестной бабушки, Мельников успел обо всем договориться. Как только дежурный сообщил, что у входа дожидается некая особа, мы поспешили туда. Ленка выглядела напуганной, наверное, решила, что ее вызвали сюда для признания. Нужно предупредить, чтобы держала рот на замке и отвечала только на те вопросы, которые буду задавать я.

Но Мельников был начеку и немедленно подступил к Ленке:

– Добрый день, проходите, пожалуйста. Побеседуем, а потом пообщаемся с нашим художником, – он подхватил ее под руку и увлек в свой кабинет.

– Разве меня не посадят в обезьянник? – выдала Ленка.

– Думаете, это разумно? – округляя глаза, спросил Мельников.

– Андрюша, зачем же так пугать девушку? – ласково спросила я, пытаясь перехватить инициативу.

 – Не видишь, она и так не в своей тарелке. Это для нас с тобой обстановка здесь привычная. Давай обойдемся без расспросов, просто сделай то, о чем я просила, и всё. А ты, Леночка, расслабься. Я вызвала тебя исключительно для того, чтобы ты описала того мужчину, о котором мы недавно разговаривали. Остальные подробности можешь оставить при себе, здесь они никого не интересуют.

И я одарила Мельникова ослепительной улыбкой, после чего он уже не мог вести допрос моей подруги.

– Ладно, не хочешь помощи, так и скажи. – Нахмурившись, он сменил направление и повел нас к художнику.

– Значит, тюрьма отменяется? – шепнула Ленка по дороге.

– Она и не планировалась, – тихо ответила я. – Будешь говорить только тогда, когда я разрешу, и все пройдет быстро и без последствий, поняла?

Ленка кивнула. Мельников оглянулся и окинул нас подозрительным взглядом. Он явно думал, что мы творим что-то незаконное, но решил подождать развития событий.