Чертовски весело

И на ночь, кстати, собиралась остаться.

Вот это совсем правдоподобно.

Хлопнула дверь в подъезд.

Ага! То, что надо, – это консьержка выбежала. Осмелела – сирены-то милицейские вовсю орут. Менты вот-вот во двор въедут.

Я тихонько выскользнула из скверика. Консьержка побежала навстречу показавшемуся ментовскому «газику», а я перекатилась к стене дома, и так – по стеночке – пробралась в подъезд.

Теперь – никаких лифтов – быстро и бесшумно по лестнице и к Григорьеву.

Я мигом взлетела по этажам. Тихонько постучала в дверь к Александру Владимировичу.

Вот хорошо – никто меня, кажется, не видел, никто не слышал. Не всегда так удачно бывает, а сейчас – повезло.

– Кто там? – дрожащим голосом прошептал за дверью Григорьев.

– Свои, – как можно тише и внушительнее ответила я ему.

Он приоткрыл дверь, и я шмыгнула в прихожую, расстегивая на ходу свою кофточку. Александр Владимирович обалдело смотрел, как детали моего туалета одна за другой оказывались на полу.

Когда с себя снимать мне было практически уже нечего, я принялась за одежду Александра Владимировича.

– Что вы, Женя, – залопотал он, неловко сопротивляясь, – по-моему, немного не то время…

– То, то самое, – сквозь зубы уверила я его. – Теперь – готово, – проговорила я через минуту, приведя одежду Григорьева в некоторый беспорядок.

Я бросилась в его спальню и наскоро разобрала постель, сдернула с нее покрывало и крикнула обалдевшему Александру Владимировичу:

– Беги вниз. Там наверняка менты уже разбираются, чью это машину изрешетили.

– Так мы же…

– Да алиби мне нужно, пойми! – Уже выведенная из себя непонятливостью своего шефа, повысила я голос: – Я никуда из квартиры не выходила, понятно?

– По… понятно, – едва слышно проговорил Григорьев и, спотыкаясь, засеменил к двери.

Интересно, что это я его на «ты» называть начала?

* * *

– Кто бы это мог быть? – задумчиво постукивая по столу своей папочкой, вопрошал сам себя Григорьев, – кому моя смерть выгодна? Кто же это?

– Бандиты, – подсказала я со своего диванчика – восемь часов утра, и я снова на работе.

– Кто?! А-а… Понятно, что бандиты…

– И вообще, Александр Владимирович, – я отвлеклась от тетушкиного «Очищения смертью», – и вообще, Александр Владимирович, я уже несколько раз вам говорила, что не на вас это покушение было. А на меня.