Богиня для интима

 – Пожалуй, стоит пока с этим повременить и попробовать добыть информацию самой, без помощи свыше».

Я отбросила окурок в сторону и завела мотор. Теперь моя «девяточка» направлялась в сторону дома Бауловых. Вырулив на центральную трассу, я поспешила к дому заказчика.

Не испытывая затруднений на дороге, я очень быстро достигла места назначения. Отогнав машину на соседнюю улочку, так как возле подъезда места ей уже не нашлось, я покинула ее и пешком направилась к подъезду. После настойчивого вызова квартиры номер девять по домофону я услышала голос Баулова-старшего:

– Кто там?

– Татьяна Иванова, – ответила я.

– Проходите, – последовал ответ, и спустя какое-то время дверь открылась.

Старик был дома один. Шурша шелковым халатом и шаркая тапочками, он проследовал из прихожей в зал и расположился в мягком глубоком кресле, приглашая меня сесть в другое. Наблюдая за ним со стороны, трудно было поверить, что он незряч. По всей видимости, все предметы в доме стояли так еще до того момента, как он ослеп.

«А может, четкость его передвижений по огромной квартире выработалась с годами? – подумала я. – Вдруг он слеп от рождения или очень-очень давно?»

– Что нового? Какие проблемы? – поинтересовался он.

– Нового, к сожалению, практически ничего, – удрученно ответила я. – Я проверила всех знакомых вашего сына, фамилия или имя которых начинается с «Ма». Пока никаких зацепок.

– Да… – протянул старик. – Это плохо. Но, надеюсь, вы не прекратите свое расследование?

– Нет, конечно, – поспешила я его успокоить.

– Конечно, конечно, – сразу ответил Баулов-старший. – Все, что необходимо.

– Скажите, вы сами кого-нибудь подозреваете? – спросила я.

– Даже не знаю, – после непродолжительной паузы ответил хозяин дома. – Боюсь, что в данном вопросе я необъективен. У меня буквально все на подозрении. Это же мой единственный сын.

– Я вас понимаю. Но все же… Ведь это может быть не обязательно фамилия или имя. С «ма» начинаются и другие слова.

Старик достал носовой платок. Вытер слезящиеся незрячие глаза. Аккуратно свернул платок и убрал его в карман халата. Какое-то время он молчал. Я тоже не решалась заговорить, давая возможность старику подумать.

– Вы правы, – через некоторое время проговорил он. – Только вот мамы у него давно нет, а другие «ма»… Стойте. Может быть, маляр?

Конец ознакомительного фрагмента.