Цена случайной ночи

– Итак, что у вас случилось? – спросила я, когда клиентка расположилась в кресле, а Данила почему-то остался стоять. – И как, кстати, вас саму зовут?

– Ксения, – ответила девушка. – Вообще-то я по паспорту Оксана, но я предпочитаю быть Ксенией.

Она сидела в кресле так, что в ее фигуре чувствовалось напряжение, словно внутри ее торчала готовая разжаться в любой момент пружина. Сама же была худенькая, можно сказать, тщедушная. Несмотря на пухленькое личико, все остальное круглостью и плавностью линий не отличалось.

Практическое отсутствие груди, стройная талия и очень худые ноги. И еще – я обратила внимание на то, что большие пальцы ног, торчавшие из босоножек, были крупные и очень диссонировали со всей стопой.

– Очень хорошо, я буду называть вас Ксенией, – произнесла я, заканчивая осмотр внешности своей клиентки. – Ну а теперь к делу. Вы упомянули о смерти вашей мамы…

– Да, – ответила Ксения и опустила глаза. – Ее убили. Это случилось… Это случилось три дня назад, вчера как раз были похороны.

Я все эти дни находилась словно в тумане, никак не могла поверить, что такое произошло со мной, с моей мамой, а потом… Потом я решила прийти к вам.

– А почему именно ко мне? Ведь этим делом наверняка занимается милиция? – чуть подняла я брови.

Ксения нервно затеребила ворот блузки и сглотнула слюну.

– Ну да, занимается, конечно. Просто мне посоветовали к вам обратиться.

– А позволите узнать – кто? – заинтересовалась я.

Ксения неуверенно обернулась на своего спутника.

Тот сжал ее плечо и тихо сказал:

– Да расскажи, что тут такого? Он же не просил скрывать…

Ксения вздохнула и проговорила:

– Мне посоветовал это сделать Никита Владимирович Костин.

Я напрягла память, но так и не смогла припомнить, где и когда встречалась с неким Никитой Владимировичем Костиным и встречалась ли вообще. А Ксения тем временем продолжала:

– Он работает… работал вместе с мамой. На похоронах он отвел меня в сторону и сказал, что есть такая Татьяна Иванова, которая расследует уголовные дела практически без провалов.

– Не практически, а точно, – не удержалась я, поскольку и в самом деле не имела ни одного провала в своей практике. А она продолжается уже как-никак… Впрочем, это не по делу. Хотя мне всего двадцать семь лет, дел я раскрыла уже немало, и среди них множество таких, которые вообще поначалу казались безнадежными. И мне, безусловно, было приятно, что меня характеризуют как беспроигрышного частного детектива.