Бывших любовниц не бывает

Лариса… извините, не знаю вашего отчества…

– Сергеевна.

– Лариса Сергеевна, нам бы надо поговорить. Я – частный сыщик…

Я коротко объяснила ей, чем я занимаюсь.

– Слава богу, хоть кто-то расследует это дело! – сказала женщина, прерывисто вздохнув. – А то следователь, сопляк, кажется, только вчера школу окончил. Что уж он может расследовать?

– Ложкин?

– Не помню я его фамилии, молодой такой, говорит противно, слова растягивает… Одним словом, придурок.

– Ложкин… Лариса Сергеевна, где нам было бы удобно поговорить? Мне просто необходимо задать вам несколько вопросов.

– Теперь уже нет… Давайте пройдем вон туда, в скверик, народу там сейчас немного…

Мы сели на лавочку в тени раскидистой липы, Лариса сбросила туфли, поставила на них ноги, пробормотав: «Как жмут, заразы!», вынула из сумочки пачку сигарет. Я покосилась на нее. Ей было лет сорок пять, худощавая, одетая, как и вчера, в бежевый брючный костюм; минимум косметики на усталом лице, чуть тронутом первыми морщинками.

– Надеетесь найти убийцу Никиты? – начала она разговор, щелкнув зажигалкой.

– Найду, – уточнила я.

– Найдите! Хороший был человек, царствие ему небесное. Жалко его! Эта дура теперь все дело развалит…

– Вы о Свете?

– О ком же еще! Ни хрена… извините… Ни фига не шурупит в бизнесе, а туда же! Не успела прийти, как с порога объявила: называйте, мол, меня просто – Светлана Юрьевна! Видали барыню? Я с Никитой с самого первого дня работала, он таким зазнайкой не был, простой мужик, все его по имени называли и при этом, заметьте, уважали.

– Вы у него кем работали?

– Начинала-то я как бухгалтер, когда у него еще только первая кафешка открылась, на Весенней. Там помещение совсем маленькое было, всего-то три столика умещалось.

– У алкаша? – удивилась я.

– Да. Прежний хозяин спился, у него какое-то несчастье случилось… Короче, допился он до того, что все развалил, кафешка его пришла в упадок, вот он и выставил заведение на продажу, а Никита прочитал объявление в газете – и купил. Поваром он мою маму взял, она так готовит – пальчики оближешь, хотя на кулинара никогда не училась.