Бог велел делиться

Причем идут конкретно за деньгами, поскольку как ничего делать не умели и не хотели, так и не научились. Где им научиться-то, если на прежней работе не получилось?

– Ну, это уж вы зря так, – не выдержала я. – Во-первых, далеко не все бывшие сотрудники правоохранительных органов такие бездари. Многие и за грошовую зарплату очень хорошо делают свое дело. И уходят далеко не всегда по одной и той же причине, не всегда из-за денег. Может быть, им там просто не интересно?

Караваев воззрился на меня с таким недоумением, словно я ему сообщила, что своими глазами видела, как на Марсе яблони цветут.

– Вы о чем? – непонимающе спросил он.

Я вздохнула и не сочла нужным отвечать. Прагматик со стереотипным мышлением все равно никогда не поймет, что работать можно не только за деньги, что есть и другие ценности и что если даже работа прибыльная, но удовольствия не приносит, не все станут за нее держаться. Игорь Леонидович не был романтиком и искателем, он принадлежал к совсем другой категории.

Не скажу, что к худшей, просто к другой.

– То есть вы не допускаете, что есть частные детективы по призванию? – задала я провокационный вопрос. – Которые охотно и успешно делают свое дело, раскрывая практически все преступления, даже такие, как убийства?

Вот тут Игорь Леонидович и произнес свою тираду насчет фантастических книжек. Я не стала продолжать спор, поняв, что он бесполезен, решила не портить себе вечер и, выпив вина, налегла на ужин. Кухня в «Нирване» всегда отличалась хорошим качеством, не разочаровала она меня и сегодня.

Караваев, как я и предполагала, не блистал искрометным юмором, не болтал без умолку, вообще говорил мало и пил мало, зато много ел. Я, собственно, и не рассчитывала найти в его лице блестящего собеседника. Что ж, станет скучно, всегда смогу откланяться.

Наевшись вволю, я чуть откинулась на спинку стула и расслабилась. Атмосфера вокруг вполне умиротворяющая: благообразная публика, от которой вряд ли приходится ждать каких-то безобразий, спокойная классическая музыка, исполняемая оркестром, медленно танцующие пары…

Я скосила глаза на своего спутника.

Весь его сытый и благодушный вид говорил о том, что закружиться со мной в вихре вальса он явно не мечтает.

Иногда я бросала взгляд на соседний столик, за которым сидели мужчина лет тридцати трех и девушка. Из всех присутствующих они единственные, пожалуй, были близки мне по возрасту. Лица девушки я не видела, она сидела ко мне спиной.