Алые губки – мягкий дурман

Через несколько минут у меня уже был адрес Вахрушевых. Они жили на улице Лермонтова, на набережной. Не от того ли Ольга Терентьева хотела переехать в тот же район? Со стороны это походило на соперничество двух земляков, осваивающихся постепенно на новом месте.

Я уже хотела рвануть по данному адресу, как вдруг заметила девушку, вышедшую из офиса. Это была та самая сотрудница фирмы «Нинель», которая передразнивала походку Червяковой. Она прошла совсем рядом с моей машиной, и я заметила, что лицо у нее заплакано.

Такое обстоятельство заставило меня изменить планы, и я решила поговорить с девушкой. Как я поняла, она не симпатизировала жене генерального директора, и почему-то именно ее довели за дверями фирмы до слез.

* * *

Я вышла из машины, догнала девушку и обратилась к ней:

– Извините, вы не подскажете, где находится мебельная фирма «Нинель»?

Девушка оглянулась, махнула рукой в сторону офиса и побрела дальше.

– Ой, вы плачете? – сочувственно спросила я. – А я ведь тоже на грани, еле сдерживаю слезы…

Девушка остановилась и посмотрела на меня, ожидая дальнейших объяснений, даже перестав всхлипывать.

– Знаете, я мягкую мебель купила фабрики «Нинель», а она бракованная оказалась, – на ходу придумывала я жалостливую историю. – В магазине меня даже слушать не стали, вот я и решила к производителю обратиться. Позвонила, но меня и слушать не стали. Но я все-таки дойду до директора, он наверняка мне поможет. Я ведь так долго на мебель деньги копила…

– Боюсь, что директор вам не поможет, – ответила девушка и смахнула слезу.

– А что же мне делать? – жалобно спросила я у девушки, чувствуя, что, присоединив к ее несчастью свое, смогу получить нужный мне результат. – Я из-за этой треклятой мебели теперь в долгах как в шелках…

– Вам надо идти в общество по защите прав потребителей или сразу в суд, а здесь делать нечего…

– А, так вы тоже туда с рекламацией ходили, да? – не отставала я.

– Нет, – вздохнула девушка.

Моя собеседница залилась горючими слезами так, будто только что наступил конец света. Конечно, когда тебя увольняют, приятного в этом мало, но, чтобы убиваться до такой степени, надо было потерять больше, чем просто работу.

– Меня уволили ни за что ни про что, – сквозь всхлипывания проговорила девушка. – Ничего мне не объяснили, сказали: «Убирайся!» Так обидно… Еще и выходного пособия не дали.