Сердце на каблуках

Водить она научилась еще в двенадцать лет, легко и умело управляясь с массивным отцовским «ландровером», а с восемнадцати лет уже носилась по дорогам, нарушая все физические законы: аэродинамики, трения, и земного притяжения.

Закатное солнце багровело где-то впереди, там, куда упиралась в горизонт сумеречная дорога. Только сейчас, после полуторачасового полета над трассой, по телу разлилась желанная истома, похожая на ту, которую чуть раньше испытал Владик в ее постели. Лера выжала сцепление и сбавила скорость, размазанный за окном пейзаж распался на домики и деревья, перестав быть сплошной линией.

Зазвонил телефон, высвечивая на экране четыре буквы родственной принадлежности.

– Да, мама!

– Лерочка, ты где? – голос в телефоне кипел встревоженно. – Опять носишься по дорогам?

– Нет, мам, я дома…

– А что у тебя, там, гудит?

– Телевизор, – буркнула дочь первое, что пришло ей в голову, чувствуя как в тело возвращается привычное раздражение.

– Не ври мне! Ты же не смотришь телевизор! Я знаю! – возмутилась обиженная мать.

– Хорошо, мам, это – не телевизор! Это – пылесос, – озвучила дочь новую версию.

– Какой пылесос?! Кто может у тебя пылесосить? Галина сейчас моет у меня ванну!

Лера резко затормозила, съехала на обочину и, прикрыв глаза, сосчитала до десяти.

– Мамуль, успокойся! Неужели ты думаешь, что я сама, без домработницы, не могу прибраться? Ела печенье, накрошила, вот и пылесошу! Или я у тебя совсем безрукая?

– Честно? – с надеждой в голосе спросила мама.

– Честнее не бывает. Мам, не накручивай – ни себя, ни меня!

– Ну… хорошо, не буду… Доча, ты когда заедешь? Может – на выходных? Я соскучилась, – поинтересовалась мама, успокаиваясь и меняя тему.

– Ты же знаешь, что на выходных у меня милонга!

– Знаю, знаю! Не сердись!

«Все все знают, только всем на это глубоко наплевать», – пронеслось у Леры в голове и отозвалось в теле мышечной напряженностью.

– Я не сержусь…

– Так, когда ты ко мне заедешь? – повторила мама свой вопрос, добавив в голос пару капель упрека.

– Приеду – когда твой Гибон Вахтангович по делам отчалит, – выпалила Лера и тут же об этом пожалела.

– Опять?! Лера, я же тебя просила! – взвился возмущенный голос матери.

– Извини… Сорвалось.

– Ты же мне обещала не называть его так! – мамино колесо обиды уже катилось с горки, все больше набирая скорость.

– Всё! Не буду! – клятвенно пообещала дочь.