Дубинка Махакалы. В поисках йети. Пятый том

Перед Лео предстало сияющее лицо Беловой. Он разулыбался пуще прежнего.

– Я в раю? – словно опьяневшим голосом спросил Лео.

– Я там никогда не была, но можешь думать, что да. Поднимайся быстро, у тебя жар, – сказала с несвойственной ей серьезностью Белова и деловито взяла его под руки, помогая встать. – Ты весь мокрый. Давай вставай.

– А где??? – еле проговорил Лео, начиная оглядываться в поисках своих друзей.

– Они уже в машине. Все хорошо. Кажется, вам очень повезло… – сочувственно произнесла Белова.

На крышах-лодочках Цонгольского дацана сидели голуби. Невдалеке по полю важно прохаживался статный орел. Пучеглазая сова, смешно покрутив головой, трижды ухнула.

Лео, Бармалея и Гошу доставили в Цонгольский дацан. «Его нужно отвезти в больницу, – все пытался объяснить Лео востоковедам по дороге, – сами послушайте» – «Нога, ноги и голова… платье… в реке… машина, старуха, танцы», – бредил Бармалей. Профессор только качал головой. Воспоминания о пережитом за последние дни разбились на осколки в его голове и сыпались потоком бессвязанных слов.

Бармалей ничего не мог с этим поделать. В том, что для окружающих звучало как полная сумятица и неразбериха, он видел смысл.

– Здесь Вам помогут, – только и сказал Пыжов.

Монахи расселили кладоискателей по комнатам и спешно вызвали лекарей. Время в Бурятии течет совершенно необыкновенным образом – то, что для местных привычное дело, приезжим кажется чудесами.

Лама-лекарь и лама-тантрист подошли к Цонгольскому дацану, прошли на территорию и зашли вовнутрь.

Отыскав комнату, где лежал Бармалей, они закрыли за собой дверь. Профессор, Кирилл и Белова в этот момент собирались выйти из комнаты, где расположился Лео. Он уже пришел в себя и перестал бессвязно болтать.

– Как вы думаете, профессор, сколько мне придется отвалить ламам? – спросил Лео беспомощным голосом.

– Все ламы действуют на благо всех живущих, и определенной таксы за помощь здесь не существует, – ответил профессор.

В комнате, куда отвели Бармалея, повисла странная тишина. Бормотавший и метавшийся из стороны в сторону до этого Бармалей, судя по всему, успокоился. Гоша просто спал у себя в комнате.

«Намерение первично…» – подумал про себя Кирилл, оценивая ситуацию.

«Они, конечно, быдло, – думала Белова, – и ведут себя совсем как ублюдки, но сочувствие во мне сейчас перевешивает неприязнь… – пыталась разобраться она в своих ощущениях.