Дверь

Глава указал на него вновь. Виктор утвердительно кивнул, чтобы показать, что согласен, а затем подписался внизу листка. Перо само оказалось в руке. Это действие по смыслу напоминало подписание контракта или дополнительного соглашения к нему.

После этого наставник положил Виктору руку на плечо, и они оказались снова среди звезд.

«Зона убытия», – сразу узнал Виктор место рядом с вратами.

– Почему опять скачками-то? – завелся он. – То медленно, то опять рывками какими-то.

– А потому, что ты не можешь в этой своей жизни целыми днями медитировать, – с жаром включился наставник.

– Тебе еще жить, собственно. Нужно, семьей заниматься, работать. Ты же кайф ловишь от всего потустороннего. Вот я что могу тебе показать, что успеваю – показываю. Да не злись, ты же все понял.

– Да, – сразу скис Виктор. – Цель ясна. Дагестан.

– Точнее, Хасавюрт, – перебил учитель.

– Сон – возможный теракт?

– В точку, – подтвердил наставник.

– Сиять лучше через день? – продолжал Виктор.

– Можешь раза два в неделю.

Времени хватает. Да не кисни. Справимся быстро, нам посерьезнее что-нибудь подкинут, – весело подмигнул наставник.

– Ага, Третью Мировую останавливать, – сострил Виктор. – Ладно, давай. До встречи.

Они обнялись. Виктор развернулся и тут же пулей нырнул сквозь врата в тоннель. Пока он спускался, услышал, как проснулась и заплакала Дашка. Как встала Марина и позвала его. Виктор быстро спускался вниз, скользя по серебряной нити, связывающей душу с телом. Порвать ее было нельзя до смерти, а растягивать можно до бесконечности.

По молодости Виктор экспериментировал с нитью достаточно часто и убедился в этом на опыте.

Когда Марина позвала его в третий раз, он уже встал, чуть не упав из-за затекших ног. Ударившись в темноте о стену головой, открыл дверь и, раздраженно щуря глаза от света, вышел из ванной.

Следующей ночью наставник пришел к нему во сне.

Виктор стоял посреди сада в деревне у деда. Того самого, из своих детских воспоминаний. Он хорошо его помнил, потому что в деревне у деда и бабки ему очень нравилось.

Старый яблоне-вишневый сад, наполненный запахом фруктов, ягод и мяты. Там было спокойно и тихо. Когда Виктор попадал в этот сад, он всегда оказывался в атмосфере всеобъемлющей, вселенской любви к себе. В детстве он почти каждое лето проводил у бабушки с дедом. Там ему всегда были рады.

Виктор стоял посреди этого сада, смотрел в звездное августовское небо и наслаждался тишиной, запахом свежей листвы и ночью.