Пуанты для дождя

Нет, конечно, он был ей благодарен и за кормежку, и за сочувствие, но сегодня он не собирался делить хозяина ни с кем.

Когда в дверь позвонили, Евгений Германович не хотел открывать, потому что сил не было ни с кем разговаривать, и видеть никого не хотелось. Но подумал, что вот так, без предупреждения, могла прийти только соседка, а ей он, как ни крути, всем обязан – от спасения жизни до благополучия Тихона. Пришлось открыть.

– С возвращением, Евгень Германыч! – соседка подалась вперед, желая его обнять, но он сделал вид, что не понял.

 – Дом в порядке, кот в порядке. Поесть нашли? Я там печень приготовила, и пюре, все в кастрюльках в холодильнике. Надо было сразу ко мне зайти, я бы…

Она опять сделала движение вперед, намереваясь пройти, но Тихон и Евгений Германович опять не поняли ее намерений и в сторону не отодвинулись. Евгений Германович радушно улыбался и всячески благодарил, Тихон хмурился и молчал.

– Ну и хорошо, вы отдыхайте, я завтра зайду непременно. За вами теперь следить надо.

– За мной? – удивился Евгений Германович. – Зачем?

– Ну как… – растерялась соседка. – Такое дело…

– Да какое дело, что вы, – отмахнулся он. – Выпил лишнего, да таблетки перепутал. С кем не бывает.

– А… ну да, да. С кем не бывает… – закивала Надежда Петровна. – А хотите, я вам готовить буду, пока ваша… Пока… Она же уехала опять, как я поняла.

– Да не стоит. Я и сам готовить умею, одному мне много ли надо. Не в первый раз мы с Тишкой на хозяйстве остаемся.

Соседка мялась, не зная, как предложить свою помощь и не выдать лишнюю осведомленность.

– А Аня когда вернется?

– Через месяц примерно. Вы простите, пожалуйста, но я еще не очень хорошо себя чувствую…

– Конечно-конечно, не буду мешать, – заторопилась Надежда Петровна и нелогично закончила, – так я завтра зайду!

– Заходите, – вздохнув, согласился Евгений Германович, понимая, что вариантов у него, собственно, и нет. Захочет заходить – будет заходить, не выгонишь.

Окна гостиной выходили на северную сторону, поэтому солнце заглядывало в комнату ближе к вечеру, да и то ненадолго.

Тишка старался не пропускать эти визиты, всегда встречал закат на подоконнике, подставляя поздним мягким лучам пушистые бока. Вот и сегодня он привычно расположился возле горшка с какой-то зеленой несъедобной дрянью, потрогал лапой первого солнечного зайчика, зажмурился в предвкушении…

– Тишка! Тишка, иди сюда, поговорить надо, – позвал хозяин. – Иди-иди, не притворяйся глухим.