Однажды была осень

Вообще-то именно так Сергей и думал, считая поцарапанный «Лексус» достаточной компенсацией за нанесенный законной супруге моральный ущерб. Но озвучивать эту вполне разумную мысль не стоило. Он встал с кровати, натянул брюки и подошел к окну.

– Хорошо, давай поговорим, – не поворачиваясь к лежащей в постели Лине, неохотно согласился он.

Ей стало неловко. Почувствовав себя голой, незащищенной и оттого еще более несчастной, Лина села, непроизвольно подтянув колени к подбородку, и постаралась укутаться поплотней в одеяло.

– Так о чем именно ты хотела бы поговорить? – стальным голосом спросил ее Сергей, как будто она была нерасторопной секретаршей, отнимающей у него драгоценное время.

– Сережа, ну нельзя же так, – с трудом подбирая слова, начала Лина. – Я не могу дальше продолжать молча жить, как будто ничего не произошло! Я не знаю, что мне делать! Ты… виноват, и ты же еще надо мной издеваешься.

– Я не издеваюсь, – холодно ответил Сергей. – Я просто не знаю, что я должен тебе сказать в этой ситуации. «Дорогая, это было совсем не то, что ты подумала»? «Та девушка – мой главбух, и мы обсуждали квартальный отчет»? Или: «Прости, дорогая, я больше не буду, честное слово»? Что ты хочешь от меня услышать? Мне очень жаль, что так получилось, я приношу свои извинения. Это все?

– Ты… хочешь со мной развестись? – едва справляясь с дрожью в голосе, спросила Лина.

– Господи! Нет, я не хочу с тобой разводиться, – заводясь, отчеканил Сергей. – О чем мы вообще говорим, а? В конце концов, ты не в постели меня застала с голой задницей, а случайно встретила одетого и в общественном месте, впала в истерику, искорежила машину – и в придачу я должен оправдываться непонятно в чем! Я – взрослый свободный человек. И имею полное право гулять по улице с кем хочу.

– Мне не нужна такая свобода… – пробормотала Лина, понимая, что разговора опять не будет. У нее никогда не получалось заставить Сергея делать то, что он сам не считал нужным. Впрочем, она давно уже оставила бесплодные попытки. – Я не хочу ни с кем гулять. То есть я хотела сказать, что мне не свобода нужна, а…

– Это дело вкуса, – резко перебил ее Сергей. – Не нужна – сиди себе дома безвылазно, как… Как вот эта Фроська твоя.