Повесть о Сером Лисе. Последнее желание Серого Лиса

И все же, когда они сели в карету, направляющуюся на Зеленую улицу, Бьерн попытался возразить:

– Послушайте, Тифус, я согласен, что подобраться через женщину к такому человеку, как лорд Дарвин, действительно, судя по всему, единственный способ, но может быть стоит использовать кого-то из сотрудниц полиции? Если ваши подозрения справедливы, то риск может быть слишком велик.

– Половина наших с вами коллег-женщин слишком скромны, а вторая, боюсь, слишком страшные, чтобы успешно справиться с такой задачей, – детектив серьезно посмотрел на собеседника, – а Тенфорд чересчур изысканный развратник.

– Но мисс Серна упоминала и о своей благотворительной деятельности, а вы сами говорили, что среди жертв убийцы были и дамы полусвета. Не окажется ли она слишком очевидной целью? И сможем ли мы ее хоть как-то защитить? – продолжал настаивать инквизитор.

– Друг мой, понимаю ваши опасения, в конце концов, дама действительно поражает воображение, и было бы обидно просто так отдать ее злодею, – губы Тифуса растянулись в снисходительной улыбке, – но ее вовлеченность в благотворительность, это даже лучше.

– Дело не в мисс Серне, любая на ее месте подверглась бы чрезмерному риску. Мы должны защищать женщин от этого убийцы, а не подсовывать ему новых потенциальных жертв, – Бьерн продолжал настаивать.

– Ааа, комплекс защитника, – детектив покачал головой со все той же издевательской улыбкой, – не можете простить себе, что не уберегли от него жену? Не стоит. Это будет игра совсем по другим правилам.

Бьерн предпочел промолчать, внутренне признавая, что справедливость в словах Тифуса была. После гибели жены сама мысль о том, чтобы подвергнуть еще какую-то женщину опасности, была невыносима. Однако стоило признать, что проницательность и прямолинейность коллеги хотя и раздражали, но могли сильно помочь в сложившейся ситуации.

Глава 7.

Они вышли из кареты на Зеленой улице рядом с воротами, на которых была украшенная цветами вывеска “Маргаритка”. Пансион оказался уютным, неброским особнячком в форме буквы "Г" и прятался в глубине тенистого сада. Несмотря на то, что на дворе стояла ранняя весна, сад уже был заботливо прибран и словно ждал первых же теплых деньков, чтобы одеться цветами и зеленью.