Приют отверженных

Худые длинные пальцы, еле слышно барабанили по бревенчатым перилам. Уставшие глаза медленно блуждали по ночной округе, но не находили желаемое. Каждый шорох куста или ветки дерева молниеносно притягивали его внимание, но через мгновение мужчина понимал, что это был всего лишь ветер.

Человек запрокинул капюшон от плаща на голову прячась от мелкого, неприятного дождя. От напряжения, глаза начали уставать и заболела голова. Зажмурившись, он влажной рукой потер свой лоб и правый висок, давая отдых глазам.

Постояв еще немного, мужчина на вышке тяжело вздохнул, и уже собирался спускаться, когда услышал за спиной тяжелые и медленные шаги, поднимающиеся по ступеням вверх.

Пожилой мужчина, слегка сгорбленный, с трудом поднялся и встал у края лестницы тяжело дыша. Невысокий и плотный, с седыми волосами и бородой, он укрывался от холода в выцветшую зеленую телогрейку, сильно большую в длине и рукавах. Отдышавшись старик подошел к человеку в плаще по-отечески похлопав рукой по плечу.

– Все ждешь, друг мой? – тихим, скрипучим голосом спросил старик, доставая из кармана потрёпанный алюминиевый портсигар и спички.

 – Поздно уже, он не придет.

– Должен, – не поворачивая голову произнес человек в плаще. – Филин человек обязательный.

– От него целый месяц вестей не было, – проговорил старик, протягивая собеседнику папироску. – Могло случиться многое.

– Если и произошло, то со всей группой, а иначе кто-нибудь из них уже прибежал, – ответил высокий, беря папиросу в руки. – Не хочу верить, что с ними приключилась беда, но поганые мысли сами лезут в голову.

Филин должен был прийти еще пять часов назад, как по-твоему Палыч где он?

– Да откуда же мне знать, – ответил старик, пожимая плечами и прикуривая. – Я очень надеюсь, что ничего страшного не произошло, и они все живы.

– И я верю в это, но если к утру Филин не появиться, то выбора не остается, пойдем с тем что осталось.

– Я за этим к тебе и пришел, – кривыми морщинистыми пальцами старик медленно залез во внутренний карман своей телогрейки и извлек маленький предмет передавая собеседнику и тяжело вздыхая.

 – Вот и дожили Люгер, у нас остался последний кусочек золота.

– Мы знали, что однажды так произойдет, – Люгер осторожно забрал небольшой, размером с ноготь, слиток золота тускло-желтого цвета, и спрятал его в пустой спичечный коробок. – Что обменять на него, патроны, медицину или еду?

– Чего не коснись, все нужно, – вздохнул старик, опускаясь на узкую лавку. – Многое на исходе.